Вчера не стало великого Бондарева

Последнего из созвездия писателей-фронтовиков «лейтенантской прозы». Тех, кто сам прошёл войну, кто дрался с гитлеровцами не на страницах послевоенных книг, а реально — глаза в глаза!

164530 марта 2020
Вчера не стало великого Бондарева

Бондарев на фронте со Сталинграда. Сначала миномётчик, потом, после ранения, сержант, командир противотанкового орудия.

Помню, как он показывал мне ветхую жёлтую вырезку из фронтовой газеты с фото — он на фоне уничтоженного его расчётом огромного колосса — «Фердинанда» где-то под Запорожьем.
Войну Бондарев закончил младшим лейтенантом, уволился из армии капитаном. На его груди две медали «За отвагу!» - самые чтимые солдатские медали...

1

Его «Горячий снег», «Батальоны просят огня», «Берег», «Тишина» — это настоящая военная классика. Каждый из них прочитан по несколько раз!

Мне повезло его знать, бывать у Юрия Васильевича дома, слушать его рассказы. Но главное, мне повезло быть им замеченным. И одной из главных, для меня самого, оценок моего творчества стала, написанная им рецензия к моему первому сборнику рассказов «Письма мёртвого капитана»:

 

Юрий Бондарев

РОССИЯ ЕЩЕ ДЕРЖИТСЯ
--------------------------------------------------------------------------------

Эта книга больно и жестоко задела меня — так же, как несколько лет назад блестящий роман Проханова «Чеченский блюз» и талантливые рассказы Вячеслава Дёгтева.

Если сказать, что главный герой недавно вышедшей в свет книги Владислава Шурыгина «Письма мертвого капитана», это правда о войне, то вряд ли в этой известной толстовской формуле будет равнозначно властвовать правда Отечественной и правда Чеченской войны. Это две правды, ибо в Отечественной войне история не знает измены сверху, неоправданных приказов, бессмысленно приостанавливающих успешные операции, когда один шаг до разгрома противника, когда в глаза смотрит победа. В нашей прессе были невразумительные объяснения этих внезапных стоп-остановок, неоправданных приказов отхода от завоеванных позиций. И солдаты, набравшие несладкого опыта, понимали, что эти сомнительные приказы равносильны слабоумию нетрезвого президента, в приступах тщеславия, примеряющего игрушечные эполеты полководца. Но добро и зло имеют своих членов Верховного суда в чине писателей, художников, историков. И они вправе судить и прощать.

2

Я полюбил солдат и офицеров Шурыгина, они стали мне близки, как будто знал я их давно и вместе с ними голодный, замерзший, в изношенном камуфляже лежал на продувном ветру разрушенных улиц Грозного, ждал, в засаде, докуривая последнюю сигарету, и подымался для рывка вперед под пулеметным огнем, вырывал чеку из «эргэдэшки» для броска в коварно затаившихся за камнями чеченцев.

Жизнь солдата на войне — обманчивая бесконечность, смерть — реальная бесконечность. И это две неизбежности. Весь мир как бы родился вместе с нашим появлением на белый свет. И вместе с нашей смертью гибнет весь этот мир. В завершение всего, сущего, то есть жизни, верит тело, мозг, страх, но не верит дух, не верит душа, хотя страх исчезновения обдает в бою и душу смертным холодом. Что же такое долг? Не возвышение ли солдата над самим собой? Что ж, долг ближе к изначальному солдатскому смыслу сделай свое дело, и так познаешь самого себя, и познаешь врага, как если бы ты знаком был с ним от века. Знание врага — твоя память и твое могущество. Забывчивость и мягкодушие — мертвое оцепенение, власть немилосердной богини, имя которой — поражение. Все это и есть воплощенная верность солдатской идеи, хотя, может быть, воспринимает и чувствует он ее подчас волей инстинкта. Более того, я уверен, что спокойствие на войне, умение в безвыходном положении владеть собой — это великая сила.

Мне стали полностью понятны солдаты Шурыгина еще и потому, что я увидел в них простых в общем-то бесхитростных очень молодых, неиспорченных цивилизацией ребят, не заболевших ненасытным тщеславием, с которыми жить в мирной обстановке в общем-то надежно. Они познали отвратительную суть войны и свою заброшенность, густой цвет крови, вонь пороха, обгорелого человеческого мяса, гнилого тряпья тлеющего обмундирования, вкус прогорклой каши, тошнотность пропахших трупами подвалов, они, солдаты, осознав, что жизнь — мгновение, особенно начнут ценить дни своего существования, любить справедливость и ненавидеть неправедность, адский стиль времени, задумываться над горькими и трагическими поворотами истории, над смыслом бытия, или же — принимая жизнь как случайный драгоценный подарок, внушать себе: «Память, помоги мне позабыть всё об этой грязной войне!».

Но все-таки война — это самоубийство страха, мучительная победа над самим собой, над врагами, временем, над беспощадной судьбой. Впрочем, я глубочайше убежден, что нельзя культивировать и скорбь, и самую сладчайшую муку любви. В своей жизни (так уж дано) мы не достигаем седьмого неба, где вместе с Серафимами позволено созерцать лик Господа.

Жизнь есть благо, оборение страдания, боли, несправедливости, всесильная природа сообщила нам способность смеяться, плакать, любить, защищать слабого, ненавидеть и убивать безжалостное зло, угрожающее существованию самого главного на земле — жизни. А это значит быть человеком.

В этой сильной, талантливой книге в противовес моднейшей теме кровавого зла, нелепых, без героического жеста смертей, острой жестокости положений, взрывной грубости — поразительно человечно выявлены извечные качества разноликих простых людей, их товарищество, самоотверженность в безвыходную минуту, готовность прийти на помощь… Но без их привычных слабостей и ошибок нельзя понять особых качеств каждого характера. Это и полковник Калинин, вертолетчик от Бога, сбитый, замурованный в упавшей «восьмерке» и приказавший расстрелять свою подбитую машину с другого вертолета, чтобы не попасть чеченцам в плен, окружившим «восьмерку». Это и Жуков, выполнивший приказ Калинина и этим подписавший душевный приговор самому себе, как позорное пятно до конца жизни. Это и начальник разведки Маринин, человек долга и справедливого непрощения. Это правдолюбец Николай из «Дороги домой» и танкист Эрик Хабибулин, направляющий машину в адское пекло на помощь десантникам и сгорающий в этом бою. Это снайпер якут «великий Мганга», спасший от смерти командира и затем погибший вместе с ним. Это и несчастная женщина из Грозного со странной фамилией Монетка, в обезумелом отчаянии продавшая наших солдат, пытавшая так спасти сына, взятого чеченцами в заложники.

Это и капитан разведки, романтик, «философ», «Рыцарь», «воин», однако ненавидящий войну, сущность которой состоит в том, чтобы убивать, и оценивающий то, что происходит в Чечне: «Мы — это батальоны и полки, которые дерутся здесь и носят громкое название «федеральные силы», а по сути — отряды русских мужиков, отправленных в Чечню неизвестно зачем. За нами нет государства, которое осеняло бы нас своей идеей, своей мощью, своей поддержкой».
Мне очень дорог этот герой Владислава Шурыгина, этот безымянный убитый в Чечне капитан, написавший в предсмертном письме любимой женщине:

«Я приехал сюда, чтобы вновь обрести веру. Понять, что истины несокрушимы. И любовь всё так же выше закона. И милосердие выше справедливости. Что мир держится на дружбе и верности».
На этих людях пока еще держится Россия.»

Прощайте, Юрий Васильевич! Прощайте! Но вы не ушли от нас! Вы с нами навсегда! В ваших книгах и в памяти…

Оригинал в facebook автора

3

Яндекс.Директ ВОмске




Комментарии

Ваше мнение

03.06.2020

Любимой омичами «Флоры» в этом году не будет. Ваша оценка решения мэрии

Уже проголосовало 13 человек

21.05.2020

Одобряете ли вы кадровую политику министра Солдатовой?

Уже проголосовало 245 человек



















Другие новости


Яндекс.Директ ВОмске

Эксклюзив

Хороший поэт — мёртвый поэт

При жизни не было ничего: ни славы, ни тиражей, ни денег — только дурдом, зона, общественное порицание и обвинения в «морально-бытовом разложении».

139630 мая 2020

Воскресший Геркулес

В венгерском Кишкёрёше есть целый парк со скульптурами переводчиков Шандора Петёфи — национального достояния мадьяр. Один из четырнадцати – бюст Леонида Мартынова. Единственный в мире памятник омскому поэту.

1412325 мая 2020

Стиль жизни

Как омский Гагарин сражался за жизнь в космосе инфекционки

Здоровье

Как омский Гагарин сражался за жизнь в космосе инфекционки

Пневмония, три недели в коме, ИВЛ, инопланетные жуки и минус 20 килограммов: история первого омского тяжелого пациента с коронавирусом, которого выписали из больницы.

5229106 мая 2020
Мыслящие здраво. Сергей Костарев

Здоровье

Мыслящие здраво. Сергей Костарев

Почему 8 марта 1984 года аспирант Сережа Костарев решил полностью отказаться от алкоголя? Какое блюдо Сергей Владимирович уже больше тридцати лет каждый день ест на завтрак? Ответы самого известного омского эколога на эти и другие вопросы читайте в интервью «ВОмске».

5672215 апреля 2020
Известный омский актер и режиссер Александр Гончарук устроился работать курьером

Еда

Известный омский актер и режиссер Александр Гончарук устроился работать курьером

Заслуженный артист России развозит еду по омским квартирам, чтобы показать пример студентам и не чувствовать себя жертвой режима изоляции.

1057011 апреля 2020
Мыслящие здраво. Елена Агафонова

Здоровье

Мыслящие здраво. Елена Агафонова

Свежий морс, ведро воды, йога-массаж и другие лайфхаки от директора омского цирка, которые позволяют ей оставаться в тонусе и в балансе.

453603 апреля 2020

Подписаться на рассылку

Яндекс.Директ ВОмске




Наверх