Мальчик был готов идти к чужим людям, лишь бы мама не узнала

Шли мы по весеннему берегу, стараясь не ступить на рыхлый лед. Идем километр за километром. Живых кроме нас нет почти, лишь иногда сидит бывалый рыбак или деревенская собака выбежит пообщаться с нашими белыми медведями.

Вдруг навстречу бежит пацанчик. И уже издали кричит: «Человек в воду провалился!». Бежим спасать. В метре от берега в воде на льдине действительно стоит человек семи лет и горько рыдает. Человек по шею мокрый, берег крутой, и он не рискует покидать спасительную льдину. Вытаскиваем человека, снимаем мокрую куртку, выжимаем сапоги, я надеваю на Умку свой пуховик, шерстяные носки и полиэтиленовые мешки, чтобы хоть как-то сохранить сухость ног.

— Ну, бежим домой! Где живешь?
— Домой нельзя, — отвечает обитатель льдины. – Родители убьют. Можно лучше к вам, пока я не высохну?

Услышав, что до нашего дома километров пять и стоит лучше огорчить маму, Умка начинает рыдать. В итоге решаем вести ребенка к его другу домой, потому что к себе обитатель льдины идти отказывается, адрес не называет и вообще родители на работе, ключа у него нет, а телефон он не помнит. Полдороги наш мокрый спутник уговаривал друга соврать, что упал он не в речку, а в лужу, а вторую половину дороги рыдал, когда понял, что друг своим родителям врать не хочет, но постарается уговорить их не сообщать маме пострадавшего.

Ну собственно история закончилась тем, что мы отвели мальчишек до дома. Но вот эта неприятная мысль о том, что мальчик был готов идти к каким-то чужим людям, лишь бы мама не узнала, расстраивает меня до сих пор. Все дети боятся, что их будут ругать, у всех детей есть секреты, за которые по головке не погладят. Но все же дети должны быть уверены, что дом и родители – это, прежде всего, спасение, опора и тепло. Иначе всё это мелкие будут искать там, где с ними произойдет что-то пострашнее отколовшейся льдины.

На фотке наши герои. Не удержалась от фото, уж больно классные ребята)

Оригинал в Facebook автора.