Лариса Ивлева: «В издательском деле сейчас подъем: печатают больше, чем пять лет назад »

Директор известного омского издательства «Амфора» дала эксклюзивное интервью для «ВОмске».

1827116 ноября 2018
Лариса Ивлева: «В издательском деле сейчас подъем: печатают больше, чем пять лет назад »

Совсем недавно в Омске вышел новый сборник известного поэта и журналиста Сергея Денисенко «И нет иных координат…», который уже поступил в омские библиотеки. Летом в «Пушкинке» состоялась презентация романа  омского писателя, лауреата Германского международного литературного конкурса «Лучшая книга года» Натальи Елизаровой «Небесные чертоги». А еще раньше увидел свет сборник писателя и киносценариста Алексея Декельбаума «На случайных берегах». И это только малая часть поэзии, прозы и публицистики омских авторов, которая вышла из печати в 2018 году. Значительная часть этих книг вышла в издательстве «Амфора», которое специализируется на выпуске краеведческой литературы и много работает именно с омскими литераторами. Мы встретились с директором «Амфоры» Ларисой Ивлевой, чтобы поговорить о современном книжном бизнесе, перспективах печатной продукции в цифровой век, о писателях и читателях и о городе Омске, который талантливые люди по-прежнему «пытаются покинуть».

- Лариса Георгиевна, расскажите немного о себе. Чем занимались, до того как решили организовать издательство?

1

- По специальности я инженер-электрик. Работала на заводе «Автоматика». Производили роботов для гальванотехники. Сложно в двух словах объяснить. Было вредное производство. Сначала один раствор, затем другой. В эти растворы по очереди что-либо опускали. В одной ванне три секунды, в другой – пять, и получалось идеально ровное покрытие. Ездит такая штука на колесиках и опускает в эти растворы, хоть тот же кузов грузовика. Вот ее мы и разрабатывали. Очень интересная была работа.

Потом перестройка. Работы не стало. Для меня это ужасно: не могу без работы сидеть. Вот тогда мы - я и еще трое мужчин с нашего завода - подумали: «А не начать ли нам какой-нибудь бизнес?» Это первая половина 1990-х годов: все торговали. Сначала мы торговали бельем. Но это было слишком скучно. Когда чуть подзаработали - стали торговать книгами. Заработали еще - купили технику и открыли издательство.

- Вы ведь родом из Тары. Жили по соседству с семьей Михаила Ульянова. Были знакомы с народным артистом?

- Лично я с ним не была знакома. Он был старше моей мамы. Даже она с ним не сильно общалась, хотя знала. Мама училась в одной школе с его родной сестрой Маргаритой, дружила с ней. В детстве и юности ведь разница в пять лет – огромная. Семьи наши жили на параллельных улицах. Мы на улице Свердлова, они на улице Ленина. Мой дедушка работал с отцом Ульянова в Тарском райисполкоме, но потом ушел на войну и погиб. Жили Ульяновы, как и все, очень бедно, скромно. Детские игрушки из глины лепили. Самое большое богатство в доме – радиоприемник или велосипед.

С Амангельды Жусуповым - единственным в России акыном-импровизатором

- Как Ваша семья оказалась в Омске?

- Мама поехала сдавать экзамены в Омский пединститут им. Горького. Сдавала экзамен 20 января, до этого где-то неделю просидев в библиотеке, а 21-го родилась я. Люди потом спрашивали: «Как там та девочка, которая чуть ли не в читальном зале родилась?» Думаю, что моя любовь к книгам – это оттуда. Я и в детский сад ходила с книгами, засыпала с ними под подушкой. Сначала это были совсем детские книги, а потом, когда меня принимали в октябрята, мне очень хотелось, чтобы мне подарили книжку Сутеева «Кто сказал «мяу»?». А подарили толстенную книгу о каком-то революционном комиссаре. Помню, что плакала сильно. Потом мне мама «Кто сказал «мяу»?» отдельно купила. В школе, в первом классе пыталась прочитать «Войну и мир». Но поскольку не знала, разумеется, французского языка, то доходила до французских фрагментов и останавливалась. Прочитала уже где-то в классе шестом-седьмом.

- С какими трудностями приходилось сталкиваться на первоначальных этапах издательского бизнеса?

2

- Особых трудностей-то и не было. Но мы были люди «неправильного» воспитания. Не умели и не хотели уметь давать взятки. Когда вышли по оборотам на приличный уровень, то у нас потребовали взятку. Это был один начальник из налоговой полиции. Мы ее не дали, и нам выписали такой штраф, что, по факту, пришлось закрыться. Потом мои пути с теми самыми компаньонами разошлись. Я начала самостоятельный бизнес, так как-то надежнее. В 1990-е годы еще легко было взять кредит. А сейчас это почти невозможно. К тому же, если кредитор слышит слово «книги», то сразу тебе говорят: «До свидания». Без оборудования раскрутиться тяжело, но как-то у нас потихоньку получилось.

Краевед Владислав Утев, Лариса Ивлева, поэт и переводчик Евгений Фельдман, поэт и критик Эльвира Рехин

- Сегодня книги товар рентабельный?

- Заказов хватает. Люди и пишут, и читают. Да, сейчас в основном хотят, чтобы все было в электронном виде. Но ведь для электронной книги должен быть макет, и его нужно сделать качественно.

- В последние годы наблюдается ли спад в производстве?

- Нет. Спада нет не только у нас, но и в Москве в больших издательствах. Наоборот подъем: сейчас печатают больше чем пять лет назад. Изменилась специфика. Если раньше были большие тиражи и меньше названий, то сейчас точно наоборот: много названий, а тиражи маленькие. К тому же, выросло и новое поколение читателей, и многие по-прежнему желают держать в руках «живую» книгу.

- Ваше издательство «Амфора»… Кстати, почему «Амфора»?

- Даже не знаю. Как-то само по себе придумалось это название в 2002 году. До этого был «Аркор».

- Так вот, «Амфора» специализируется на издании краеведческой литературы. Помню, как ныне покойный Александр Эрахмиэлович Лейфер рассказывал, что ему еще в 1970-е годы в Новосибирске в издательстве говорили: «От вашего краеведения нам одни убытки!» Сейчас этот пласт печатной продукции более востребован чем сорок лет назад?!

- Тогда была другая ситуация. Была другая техника. Сейчас можно выпускать малотиражную продукцию. Конечно, краеведческие издания по своей сущности малотиражны. Ведь они ограничены территорией конкретного края. В нашей области это интересно, а в соседней свое краеведение и свои издания. Но сейчас более современная техника, которая позволяет печатать маленькими тиражами. То, что тогда было нерентабельно, сейчас – вполне нормально.

3

- Почему именно такая «специализация» у издательства?

- Это мое личное. Очень люблю книги по истории, по краеведению.

С Николаем Модестовичем Горшковым - полковником и литератором

- Разумеется, у Вас есть постоянные авторы?

- Конечно. Сегодня приходил Владимир Андреевич Демидов, бывший замминистра образования. Когда-то, лет двадцать назад он сидел у Полежаева в приемной и говорил: «Не уйду, пока зарплату учителям не выдадут». Ее тогда по полгода не платили. Ну и в итоге выдали. Сейчас он пишет воспоминания об омских педагогах. Очень интересная тема.

- Когда Вы начинали свое дело, легко ли Вам - человеку, работавшему в сфере промышленности, далекому от круга ученых, писателей и поэтов - было погрузиться в мир творческих людей?

- Это было непросто, но интересно. Творческие люди очень ранимы. Однажды пришел ко мне один автор, принес толстую рукопись. Мне было ее лень читать. Он, через некоторое время, приходит: «Ну как Вам моя рукопись?». А я честно призналась: «Извините, не прочитала». У него такой взгляд был… С тех пор я дала себе слово, что буду стараться прочитывать все книги, чтобы авторов не обижать. Книгу эту, правда, не издали. Этот человек был непрофессиональным писателем, но совесть меня долго мучила.

- Из профессиональных литераторов можете кого-либо выделить?

- Вероника Шелленберг. Считаю, что она вообще гениальная. В основном, мы со всеми дружим. Вот Сергея Денисенко издали последнюю книгу. Наталью Елизарову совсем недавно издали. У нас был еще один интересный заказчик. Сергей Голованов – известный философ. Он специалист по литургике. Раньше он жил в Омске, а сейчас уехал в Саранск. Он лично знаком с Папой Римским, выступал на Радио «Свобода». Это специалист мирового уровня. Но Омск его как-то не принял: он не мог тут найти работу. Самая крупная его книга «Русское католическое дело». Он собрал множество материалов во французских монастырях.

Лариса Ивлева и Вероника Шелленберг

4

- Раз уж коснулись этой темы. Как вы думаете, почему Омск без всякого сожаления постоянно отторгает талантливых людей?

- Это очень печальная тема. Но ответа на этот вопрос я не знаю. Такое ощущение, что у нас тут как будто «болото». Ведь этим людям даже не деньги нужны. Им нужно признание. Иногда я вижу человека и понимаю, что он скоро уедет. Так чаще всего и случается. Я создала для себя такую теорию. Если в море или океане ураган, то самые сильные волны всегда по краям. А в центре – тишина. Омск находится в центре России. Все войны, революции, все исторические события они проходят где-то с краю. А в центре – тишина и покой. А творческим людям покой не нужен.

- В советские годы была жесткая цензура. Главлит и все с ним связанное. После 1991 года цензуры не стало, но всегда остается самоцензура. Какие у вас, как у издателя, существуют самоограничения? Что Вы не напечатаете никогда, ни за какие деньги?

- Сейчас тоже существуют запреты. Это порнография, это национализм. Хотя законы, конечно, обходят. У меня были такие случаи, и я отказывала. Один известный омский поэт и писатель… Ой, только не хочу озвучивать публично фамилии.

- Назовем его «литератор Р.»

- Так вот он пришел ко мне с гигантской рукописью. Сказал, что там про Колчака. Немножко про него там и вправду было. Но на самом деле шли сплошные рассуждения о том, что наша страна жила бы просто прекрасно, если бы в ней не было евреев. Он долго рассуждал по ходу повествования какие евреи все злодеи, а в конце… Ну что-то типа: «Давайте их поубиваем!». Я просто в ужас пришла. Сказала ему: «Уйди отсюда, я это печатать не буду!». Он пошел в другое издательство, и там это, кстати, издали. Выкинули, правда, самые дикие куски. Даже не знаю, продавалась эта книга или нет. Человек этот поругался со всеми в Союзе писателей, поскольку там много евреев. Сидит дома, никуда не ходит. Хотя он очень талантливый человек.

Потом еще одному отказали. На этой же почве. Писатель и кинодраматург С. Он жил в Омске, потом, кажется, уехал. Там, наоборот, про русских было. Что все они идиоты, дебилы. Какие-то рассуждения, ссылки, сноски. Все буквально притянуто за уши.

- И это с учетом того, что вы говорите о профессиональных литераторах. А ведь в наше время писателем может считаться вообще любой человек. Плати деньги, и тебя напечатают. Более того, по издательствам ходят толпы людей, скажем честно, психически не вполне здоровых. Как вы от них отбиваетесь?

- У тех, которые нездоровые, как правило, мало денег. Это их ограничивает. Я им высчитываю такую сумму, которую они попросту не могут потянуть. Вообще, эти люди довольно беззлобные. Мне их даже жалко. Они думают, что то, что они написали, это что-то такое гениальное новое. В реальности же они прочитали несколько книжек, чего-то там скомпилировали. А, по сути, читать-то и нечего. У нас был один автор… Я сейчас сюжет из его книги привожу. Он говорит: «Надо леса беречь. Для этого надо посадить лесничего с винтовкой на каждое дерево. Заходит человек без разрешения в лес, лесничий вскидывает винтовку, стреляет и все... Нет проблем». Эта книжка называлась «Конституция». Толстенная рукопись, где он рассуждал о том, как Россию, по его мнению, надо обустроить. Мы ее издали тиражом 30 экземпляров, потому что было понятно, что это плод воображения нездорового человека. Правда, ее потом из Новосибирска заказали. Кто-то там, видимо, такие курьезы коллекционирует.

- Вы можете высчитать примерный процент графоманов?

- Знаете, а даже бы не стала использовать термин «графоманы». В советское время их, конечно же, не пропустили бы. Но у меня работала фальцовщица - милая женщина без образования. Она собирала книги и одновременно их прочитывала. Мы издавали небольшой сборник стихов одного непрофессионального автора и все сошлись на мнении, что это стихи откровенно невысокого уровня. А это женщина сказала: «Вот это настоящая поэзия!» Так что для каждого писателя найдется свой читатель. Занимается человек, как ему кажется, творчеством. Ну и молодец!

- Бывали ли у вас конфликты с авторами?

- Два раза. Чисто финансовые. Один раз с одним известным спортивным журналистом. Мы издали его книгу, а он банально недоплатил оговоренную сумму. Мы не стали с ним судиться из-за этих небольших денег, но я сказала, что больше с ним работать не буду. Хотя он потом звонил, что-то предлагал... А второй раз, это был человек, создавший некое общество «по защите биосферы». Он издал книжку про свою семью. Его жена прочитала, ей что-то не понравилось, и она пошла к нам. Пришла, поскандалила немного. Но это скорее забавный случай, нежели какой-то конфликт.

- Бывает ли, не считая случаев с пропагандой расизма, антисемитизма и т.д., что уровень произведения настолько низкий, что издательство за него не берется?

- Наш редактор Ольга Ярославовна однажды одного автора категорически отказывалась редактировать. Вообще это был мужчина, но писала книги его мать. А подписывались его фамилией. Ну, она и написала... Там было что-то сексуальное, но при этом очень смешно написано. Видно было, что это не от личного опыта человека идет, а почерпнуто из фильмов низкого качества. Было стойкое ощущение, что человек чего-то недополучил в жизни и теперь выплескивает на бумагу нереализованные фантазии. В книге был сюжет про армию. Вроде как в казарму привели женщин легкого поведения. Долго-долго, на несколько страниц описывается эта оргия. Я показала это Голованову, ну который философ, и он очень удивился. Сказал: «Я служил в армии в описанное автором время, и самое сексуальное, что там было – это аэробика по телевизору». Редактору было противно работать, а мне даже жалко было эту женщину, которая все это придумала.

Лариса Ивлева и редактор Ольга Евдокимова на презентации в областной библиотеке им. А. С. Пушкина

- Да уж. Чаще подобная эротика – прерогатива молодых авторов. Кстати, как Вам с ними работается?

- Приходит много молодых авторов, среди них много талантливых. Начинают они, как правило, со стихов. Но у них сейчас есть одна проблема – жуткая безграмотность.

Наши писатели Вероника Шелленберг, Андрей Ключанский, Алексей Декельбаум делают большое дело, когда возятся с молодыми авторами. Они учат их стилистике, подтягивают уровень грамотности, развивают вкус. И это все бесплатно. Ведь столько людей вышло из нашего местного литсеминара «ПарОм». Пусть не все они станут писателями, но они станут грамотнее, развитее как личности. А некоторые становятся очень хорошими писателями. Например, муж и жена Пономаревы. Они живут в Омске, но в Москве их охотно печатают. У них что-то типа фантастики, но в их книгах всегда глубокая мысль заложена. И есть интригующий сюжет, что сейчас редкость.

- А что сейчас в большей мере интересует писателей и читателей?

- Сейчас очень сильный интерес к генеалогии. Раньше только дворяне вели свои родословные, а сегодня повсеместный интерес к истории семьи. Причем люди стараются делать семейные летописи в печатном виде. Ведь если это делать только в электронном виде, то это «не то». Мы помогаем генеалогическое древо создать, «откопать» какие-то сведения. Следующие поколения, которые не смогут услышать семейную историю своими ушами – будут иметь возможность прочитать. И это замечательно, на мой взгляд.

С харбинцами после презентации книги о Харбине

 - Существует ли конкуренция между омскими издательствами?

- Сейчас, по факту, только мы остались и издательский дом Ивана Кольца. Были еще «Омский ракурс» и «Лео», но там издатели ушли из жизни, и дело как-то заглохло. Люди часто не видят разницы между типографией и издательством. Приходят в типографию, им там печатают очень красиво. Но редактора-то хорошего нет. В итоге получается ерунда. Большинство и этого не понимают. Вышла у них ерунда, а они такие счастливые, довольные. Говорят: «Как хорошо. У меня книгу выпустили». Печатать-то многие могут, а вот подготовить и хорошего редактора найти…

- Какая книга должна выйти в издательстве «Амфора» в ближайшее время?

- Тарский краевед Юрьев написал очень интересную книгу «История Тарской полиции». Начинается там от воевод и до нашего времени. Очень интересные факты приведены. Буквально из всех периодов истории. Много милиционеров погибло в годы Великой Отечественной войны. Конечно, какие-то, не очень хорошие дела они делали в сталинское время. В общем, обо всем рассказано.

- Если уж упомянули о сталинском терроре. Вот недавно 30 октября был День памяти жертв репрессий. Какое Ваше отношение к этой теме? Я в том смысле, что антисемитскую книгу Вы никогда не напечатаете, а если автор, например, в книге оправдывает репрессии?

- Очень сложная тема. Я издавала одну книгу про город Тару. Она была научная. В ней перечислялись деревни района, где было много репрессированных. А в некоторых не было ни одного. Почему так? Оказывается, что в деревнях, где людей сажали всегда присутствовал какой-то мерзкий человечишка, которые сидел и писал на всех кляузы. Очень серьезная волна шла снизу.

- То есть, как у Довлатова «Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить - кто написал четыре миллиона доносов?»

- Да-да. Я именно об этом. В моей семье был репрессирован брат моей бабушки. Но ее же сестра была прокурором в Омске в 1940-е годы. Она какую-то взятку дала, и его отпустили. Он, правда, все равно вскоре умер, поскольку его сильно били в тюрьме. Я, конечно, думаю, что он безвинно пострадал и не могу это поддерживать. Но, получается, что и есть другая сторона жизни. Те же взятки, те же связи, доносили друг на друга. К сожалению, это было и тогда, есть и сейчас.

Автор:Сергей Наумов

Фото:автора и из личного архива Ларисы Ивлевой

Теги:Лариса Ивлева"Амфора"издательстволитератураисторияпамять


Яндекс.Директ ВОмске




Комментарии

Ваше мнение

28.01.2019

Этично ли проводить сегодня акции, подобные раздаче «блокадного» хлеба?

Уже проголосовало 91 человек

11.01.2019

Нужны ли в Омске бэби-боксы?

Уже проголосовало 133 человека











Блог-пост

Андрей Коломиец

— журналист

Евгения Климанова

— омичка

Валерий Евстигнеев

— Руководитель в благотворительном центре «Радуга»

Другие новости


Яндекс.Директ ВОмске

Эксклюзив

В омском цирке — новая программа «Шоу звезд цирка»!

Звезды циркового мира первой величины, уникальные номера с животными, головокружительные трюки: по-весеннему яркое, динамичное и захватывающее зрелище ждет вас на манеже Омского цирка с 16 марта.

130314 февраля 2019

«Дольщики д. №3 по ул.70 лет Октября» vs «Ф-Консалтинг»

В редакцию «ВОмске» поступило письмо, подписанное «Дольщики дома №3 по ул. 70 лет Октября», с вопросами-претензиями к ООО «Ф-Консалтинг». Пресс-служба компании дала оперативный комментарий.

1299213 февраля 2019

Знаете ли вы Омск — 8?

Сегодняшний тест посвящен архитектуре нашего города.

50813 февраля 2019

Знаете ли вы Омск — 7?

Недавно отметил день рождения «первый из первых» омский губернатор.

99802 февраля 2019

Стиль жизни

Павел Онучин: как раскрасить жизнь успешным стартапом

Кредо

Павел Онучин: как раскрасить жизнь успешным стартапом

23-летний программист придумал, как зарабатывать хорошие деньги из любой точки мира – и пока не собирается покидать родной Омск.

112005 февраля 2019
Руслан Очеренков: «Считаю отцовскую политику ведения бизнеса гениальной»

Story

Руслан Очеренков: «Считаю отцовскую политику ведения бизнеса гениальной»

Старший сын Виктора Шкуренко – откровенно об отношениях с отцом, своей кондитерской фабрике и идеальной модели собственной семьи.

1773602 февраля 2019
Саша, который не спал пять лет

Откровенная история

Саша, который не спал пять лет

Что делать, если видишь перед собой потенциального пациента стационара, но понимаешь, что отправлять его туда – не лучший вариант…

1240131 января 2019
Александр Дерябин: «Честно скажу, эмоционально участие в конкурсе мне далось нелегко...»

Кредо

Александр Дерябин: «Честно скажу, эмоционально участие в конкурсе мне далось нелегко...»

29-летний предприниматель, прошедший в финал конкурса «Лидеры России» – о бизнесе со школьной скамьи, главном испытании интеллектуального первенства, а также патриотизме, госслужбе и «качалках» для ума и для тела.

132127 января 2019

Подписаться на рассылку

Яндекс.Директ ВОмске




Наверх