Ольга Беликова о премьере в Драме: «Оголялись медленно, по сантиметру… Привыкали»

Билеты на анонсированную премьеру, в которой объединились драматическое искусство, танец и акробатика, зрители разобрали полностью и заранее – знали, что будет чему удивиться. Во-первых, неожиданный для омской Драмы пластический спектакль. Во-вторых – музыку к нему написал питерский независимый музыкант-электронщик Глеб Raumskaya (Глеб из Петербурга и вырос на улице Раумской, отсюда и выбранный псевдоним). В-третьих, в основе спектакля – оригинальная история, не повторяющая ни одну из существующих легенд и притч о душегубе Синей Бороде.

Режиссер спектакля – Анна Закусова из Санкт-Петербурга. Главную роль исполнил Николай Сурков, а в его жен перевоплотились Марина Бабошина, Ольга Беликова, Кристина Лапшина, Мария Токарева, Алина Егошина и студентка факультета культуры и искусств ОмГУ Вера Фролова. В спектакле заняты и другие актеры труппы: Игорь Костин, Сергей Сизых, Олег Берков, Степан Дворянкин.

До премьеры – предпоказ для прессы, актеров и других «сочувствующих». Чувственно, красиво, осмысленно, фантазийно, но понятно. Пластика на камерной сцене Драмы, почти бессловесная и музыкально оформленная. Тьма и фонари, полуобнаженные человеческие тела, создающие живой единый организм, шум цикад и тиканье часов (закроешь глаза – и никогда не поверишь, что на это способен хор человеческих голосов), необычные режиссерские находки, ритуальная символика через призму обычных вещей. Безумство, страх, агония, страсть, смерть – все через пластику. Ритм музыки, повторяющийся в движениях, история знакомств и череда смертей, метафоричный и поистине «рукотворный» финал. Спектакль смотрится на одном дыхании.

На показе были и коллеги артистов: Олег Теплоухов, Владислав Пузырников, Руслан Шапорин. Комментировать не стали. Как ответил Олег Теплоухов на вопрос, понравилось ли ему: «Не скажу. Нужно, чтобы переварилось слегка…»

На брифинг после спектакля собрались актеры Николай Сурков (исполнитель роли Синей Бороды) и Ольга Беликова (одна из жен), режиссер Анна Закусова, художница Василина Харламова и композитор Глеб Raumskaya. Вот семь мыслей создателей спектакля:

Анна: - Изначально была идея поставить пластический спектакль. Какой? И сразу мысль – «Синяя Борода». В прошлом году мы провели здесь творческую лабораторию, «надкусили» материал, потом предложила сотрудничество Глебу...

Глеб: - Увидел, как Аня воплотила мои идеи в жизнь только в Омске. В процессе было не до конца понятно – но вы видели и слышали результат. Пишу саундтреки к фильмам, рекламе, играм, выступаю как музыкант в клубах, но работа с театральным режиссером стала для меня новым взглядом на собственное творчество. Я теперь и в клубах предлагаю публике что-то вроде спектаклей…

Анна: - …пришлось все прочитать, посмотреть и… отвергнуть. Отказались от всего уже написанного и снятого. Чем вдохновлялись? Самими актерами. Людьми. Точно не хотела делать из главного героя однозначного злодея.

Оля: - Получили огромное удовольствие через тяжелый труд. Я не говорю на французском, но классическую сказку выучила наизусть и произношу ее со сцены. Костюмы – по сути, белье – мы получили вчера. До этого оголялись медленно, по сантиметру. Привыкали. Для меня это пьеса о многогранности, объемности и глубине отношений между мужчиной и женщиной. Жены в нашем спектакле не так уж невинны, а Синяя Борода неоднозначен и может вызвать даже сострадание.

Николай: - Для нас это эксперимент. Мы в театре Драмы привыкли работать с текстом. Здесь же пришлось отдать зрителю душу через тело.

Василина: - Взяла за основу яркий образ мотылька, который летит в световую ловушку и гибнет. Есть также версия, что мотыльки наоборот летят в самую темную зону под действием световой иллюзии… Актер Михаил Окунев рассказал нам про омских мотыльков. Здесь, в Сибири, мотыльков-однодневок называют метляком. Дважды за лето освещенный центр города заполоняют миллионы ночных мотыльков, и по утрам тротуары покрываются «мотыльковым снегом». Все сложилось – и на сцене воплотилось, например, в «шествие стаканчиков», смятых в финале главным героем.

Анна: - Жен в спектакле не семь, как в классических версиях сказки, а шесть. Причина банальна и объективна: не хватило актрисы. Сначала переживала по этому поводу, а потом расслабилась. Седьмая жена, на мой взгляд, незримо присутствует на сцене, и пытливый зритель сможет почувствовать и ее присутствие.