Интервью с бывшими. Сергей Баранов и Галина Гурьянова

Нерасторжимый тандем людей искусства, отказывающихся признавать себя бывшими омичами, верит, что Омск еще может измениться, если... захочет меняться.

3508207 декабря 2017

Эта серия, напомним, посвящена людям, в разное время и с разной степенью успешности попытавшимися покинуть Омск. Мы просим их ответить на одинаковые вопросы, ответы давая в формате as is, практически без правки, надеясь, что читателям, как и нам самим, будет интересно увидеть город со стороны, издалека — и в пространственном, и во временном измерении — и с самых разных точек зрения... Предыдущие выпуски серии можно найти по тегу «интервью с бывшими».

Знаменитую художественную чету «ВОмске» представляет Сергей Баранов.

— Сергей, мы-то знаем, а подскажите нашим читателям, в каком городе вы теперь постоянно живете?

— С конца 2014 года мы с женой, Галиной Гурьяновой, живем и работаем в столице Ямала Салехарде, на полярном круге. Но прописку оставили омскую, поэтому не входим в официальную статистику «покинувших Омск». В родном городе остались наши родители и дети, мы два-три раза в году их навещаем, но навсегда вернуться вряд ли планируем.

— Когда и почему вы попытались покинуть Омск?

— Уехали по стечению разных обстоятельств. Не самое решающее, но вполне знаковое для художника  – завершение творческого цикла. Авторский проект в Музее имени М.А. Врубеля «Невозможное. Памяти павших и выживших в Первой мировой войне» эмоционально дался нам очень тяжело и стал таким высказыванием, после которого хочется долго молчать. При этом 2014-й, как и вспоминаемый 1914-й, был полон событий очень тревожных и трагических, сопровождавшихся безумной военной истерией.  Просто продолжать писать картинки казалось невозможным. Нужно было что-то менять...

Сергей Баранов и Галина Гурьянова у афиши выставки «Невозможное». Омск, 2014.

— Кто был инициатором «развода»: вы или город?

— Примерно в то же время случилась беда и в нашей семье, потребовались деньги на лечение сына. Очень большие деньги, совершенно не «омские». Все имеющиеся ресурсы быстро исчерпались, нужно было срочно решать проблему. Как художник и дизайнер я уже успел проявить свои способности в Салехарде, где они оценивались куда выше, чем в Омске.  И вот из главного музея Ямала, музейно-выставочного комплекса имени И.С. Шемановского, мне поступило приглашение возглавить отдел художественного проектирования, а Гале — презентационно-издательский.  Высокие зарплаты, служебная квартира, северные льготы. И новые творческие задачи. Это был какой-то выход. Уезжали на год, прожили уже три, а планов – еще на пять.

— Насколько успешной вы считаете вашу попытку покинуть Омск? Расскажите чуть подробнее о вашей жизни после отъезда: чем занимались и занимаетесь, чем можете похвастаться?..

— В Салехарде мы не столько «живем», сколько работаем. Работаем по 12-14 часов в сутки, 7 дней в неделю. Музейно-выставочный комплекс – это не только крупный музей с множеством экспозиций, но и экспоцентр с огромным выставочным пространством, где  едва ли не каждую неделю проходят всевозможные фестивали и выставки, которые требуют оригинальных художественных решений. Комплекс современный, с новым оборудованием и уникальными возможностями, очень подходящее место для воплощения интересных идей.  Но интенсивность работы подчас запредельная, совсем не «омская».

Баранов, Гурьянова и Станишевская (Таллин) на открытии Недели графики в столице Ямала. Салехард, 2015

Кроме основной работы мы – художник и искусствовед - реализуемся в параллельном творчестве: делаем художественные проекты, организуем и проводим ежегодный Международный фестиваль «Неделя графики и дизайна в столице Ямала», делаем городскую скульптуру, ведем образовательный «Арт-субботник» и киноклуб, а также творческую студию,  работаем с «особенными» детьми в проекте «Мир без границ». Еще Галя собирает материал для путеводителя по художественным достопримечательностям Салехарда, пишет и публикует искусствоведческие статьи, читает лекции, ведет на радио «Арт-словарь». Я продолжаю сотрудничать с новокузнецкой галереей «2 Суворова», где год назад показал новый проект «Железная сила», а также с омскими институциями – Омской арт-резиденцией в Институте дизайна и технологий и Музеем имени М.А. Врубеля. В ИДиТе сделал проект оформления второго корпуса, в музее — проект экспозиции «Давид  Бурлюк». И только что привез экспонаты из омского музея в салехардский: они участвуют в выставке «Эхо 1917-го. Культурная революция». Это первый опыт сотрудничества родных мне музеев. И, надеюсь, в сентябре 2018-го оно продолжится.

Сергей Баранов на монтаже скульптуры «Мамонт Ямал». Салехард, 2017.

В кратких паузах наслаждаемся волшебными красотами, которые дарит северная природа. В прошлом году удалось выскочить на близкий и совершенно «марсианский» Полярный Урал. И сам Салехард - это особое место: небольшой, чистый, вполне «европейский» городок с современной архитектурой – в центре и с бараками (некоторые - еще лагерные) - по окраинам. Средний возраст горожан – 31 год. Множество детей. Множество национальностей: русские, украинцы, турки, ненцы, ханты, коми, калмыки, татары, буряты, грузины, дагестанцы и многие другие. Все очень благожелательные. Преступности почти нет, подъезды в большинстве не запираются: зарплаты у всех сравнимые, отсутствует почва для социальных противоречий. Нет пробок, почти нет аварий, водители с готовностью уступают дорогу пешеходам и друг другу. Чем не Европа? И совсем не Омск.

Салехардское небо с крыльца МВК.

— Но по чему-то омскому вы же грустите хотя бы иногда: по людям, по местам, по событиям?

— Омск – город для меня, как ни крути, родной: 50 лет тут прожито. Много родных, близких, друзей, которых в краткие приезды не всегда удается повидать. А еще несколько отличных нереализованных проектов, которые все-таки хотелось бы сделать.

1

— Вы поддерживаете связь с другими представителями глобальной омской диаспоры? Есть ли там, где вы живете, неформальное омское землячество, входите ли вы в него или общаетесь только с бывшими и нынешними омичами в соцсетях?

— С омичами – уехавшими и оставшимися – регулярно общаемся в Фейсбуке, а при случае и лично. Некоторых вывозим на Север – помочь с реализацией масштабных проектов. Например, Евгений Груздов и Рамиль Сабиров приезжали уже трижды. А в прошлом году удалось привезти целый Молодежный театр моды «ОбраZ».

Сергей Баранов, Евгений Груздов. Омская пыль. 2014

— Можно ли говорить об уникальном «омском менталитете», позволяющем легко узнавать настоящего омича в любом другом городе или стране? Какие черты «омскости» в себе и в других омичах вы считаете позитивными и негативными? Какие из них помогают в жизни, а от каких хотелось бы избавиться?

— Особого «омского» менталитета выделить не могу. Знаю омичей деятельных, искрометных, а знаю – совсем других.  Среди нынешних коллег в МВК из Омска — семеро. Все приглашены как специалисты и выделяются разве что высокой компетентностью. Но это, видимо, главное общее качество большинства «уехавших».

— Можно хотя бы теоретически представить, что вы вернетесь надолго или насовсем? Что для этого должно измениться в Омске, в России или в мире?

— Вернуть в Омск на какое-то время нас может разве что интересная в творческом и материальном плане работа – какой-то новый важный проект.

— Чего, на ваш взгляд издалека, Омску не хватает в первую голову? Чем из своего нового опыта вы бы поделились с Омском — из того, что омичи могли бы сделать сами, не дожидаясь милости от власти? Имеются в виду самые разные стороны жизни, включая экономику, ЖКХ, культуру, коммуникации и т.п.

— Омск не лучшее место для жизни. Это понимаешь мгновенно после приезда: отрезок проспекта Маркса от вокзала до цирка, который должен быть лицом города, столь ужасен, что хочется сразу повернуть назад. Темная улица, облезлые хрущевки, тряская дорога – и это после залитых светом и сверкающих стеклом не Лондона и Парижа, а всего лишь Салехарда и Тюмени. Разительный контраст. Почему так? Ответ прост: «высоких гостей» везут из аэропорта. То есть город сразу декларирует свои ценности: казаться, а не быть. Но омичи нетребовательны – большинство даже не представляет, что можно жить по другому. И не в другой жизни и не в другом царстве-государстве. Здесь словно затерянный мир – затерянный и в пространстве, и во времени. Порой это даже неплохо – развиваются новые, непохожие ни на что формы жизни. Но в целом такая изоляция приводит к деградации, социальной апатии и излишне частому употреблению слова «зато». «Зато у нас лучший в мире театр, лучшие художники, лучшая центральная улица, лучшая колбаса, лучший нефтезавод». Так ли это на самом деле, большинство омичей не интересует. Как и в целом россиян со своим сакральным набором «зато». Город-крепость, страна-крепость. Очень полезно иногда выйти за ворота и посмотреть – как живут там, за стеной? И спросить себя: почему мы живем иначе?

Впрочем, есть в Омске действительно лучшие люди, которые хорошо делают свое дело и не оставляют надежды в конце концов изменить город. И смогут, если город захочет меняться.

Сергей Баранов и Галина Гурьянова на красной дорожке фестиваля «Восток–Запад». Омск, 2017.

Биографические справки

Сергей Баранов родился в Омске. Художник (живопись, графика, скульптура, объект, инсталляция, акция, экспозиция, театр), куратор выставочных проектов.

Участник около 200 художественных выставок,  из которых 29 – персональные. Обладатель Гран-при V Красноярской международной музейной биеннале (2003). Победитель  IV Всесибирской выставки-конкурса современного искусства Сибири (2005, Омск).

Работы находятся в собраниях Пермского музея современного искусства PERMM, Омского музея изобразительных искусств имени М. А. Врубеля, Омского Государственного историко-краеведческого музея, Городского музея «Искусство Омска», Уральского Музея Молодежи (Екатеринбург), Государственного художественного музея Алтайского края (Барнаул), Новокузнецкого художественного музея, Кемеровского музея изобразительных искусств, Томского художественного музея, Ямало-Ненецкого окружного музейно-выставочного комплекса имени И.С. Шемановского (Салехард), в частных собраниях в России, Канаде, Испании, Чехии, Швейцарии, Эстонии, Латвии, Японии.

С 1997 по 2015 годы – ведущий художник, старший научный сотрудник Омского областного музея изобразительных искусств имени М.А. Врубеля. С 2014 – заведующий отделом художественного проектирования и дизайна МВК имени И.С. Шемановского в Салехарде.

Галина Гурьянова родилась в Омске. Искусствовед, кандидат исторических наук, член Союза художников России и Сибирской ассоциации исследователей первобытного искусства Сибири, доцент. Автор множества публикаций по древнему и современному искусству, составитель художественных альбомов, куратор выставок.

В 1991–2014 гг. - доцент кафедры «Изобразительное искусство и методика его преподавания» Омского государственного педагогического университета. 1998–2008 - старший научный сотрудник  Омского областного музея изобразительных искусств имени М.А. Врубеля. 2009–2014 - старший научный сотрудник  Городского музея «Искусство Омска». С 2014 года - заведующая презентационно-издательским отделом МВК имени И.С. Шемановского в Салехарде.


Яндекс.Директ ВОмске




Комментарии

Ваше мнение

15.05.2018

Как вы относитесь к возможному повышению пенсионного возраста в России? По-вашему, это...

Уже проголосовало 99 человек

19.04.2018

В России ограничен доступ к Телеграму. Ваши действия?

Уже проголосовало 200 человек



Другие новости





Блог-пост

Екатерина Скульская

— преподаватель итальянского и латинского языков

Лариса Ханжарова

— не покинувшая Омск

Другие новости


Яндекс.Директ ВОмске

Эксклюзив

Сергей Маврин: «Отношение к Сибири — это издержки колониальной политики»

Завкафедрой социальной педагогики и социальной работы Омского педуниверситета рассказал «ВОмске» о ситуации в своем вузе и в российском образовании в целом. 

565117 мая 2018

Кто самый активный депутат Заксобрания?

Сайт «ВОмске» вместе с читателями-избирателями строит первый рейтинг депутатов регионального парламента.

2756411 мая 2018

Стиль жизни

Игорь Ганичев: «Делаю баню для парения – от слова «парить», то есть «летать»

Уклад

Игорь Ганичев: «Делаю баню для парения – от слова «парить», то есть «летать»

Игорь строит уникальные бани, исповедует мягкость тепла, борется с феноменом «банной роскоши» и готов продвигать новый омский бренд — баню, после которой у тебя за спиной вырастают крылья.

773217 мая 2018
ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Алексею Платонову…

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Алексею Платонову…

…или десять выводов к 44 годам владельца сети мобильной электроники iZЮМ, автора книги «Прозрей - или мы вернем тебе деньги».

1317111 мая 2018
ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Саше Тимофеечеву…

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Саше Тимофеечеву…

…или тринадцать выводов к 51 году гендиректора компании «Альком».

1134207 мая 2018
Сергей Сорока: «Хотел бы быть незаметным вообще, но это не всегда получается»

Уклад

Сергей Сорока: «Хотел бы быть незаметным вообще, но это не всегда получается»

Известный омский предприниматель, общественный деятель, чемпион — о жизни, любви к родному городу и собственной теории «маленьких дел», способных преобразить большой мир.

1633525 апреля 2018

Подписаться на рассылку

Яндекс.Директ ВОмске




Другие новости

Наверх