На манеже — всей семьей

Цирковая семья Минасовых — это уже три поколения: Светлана и Артур, которых не поворачивается язык назвать бабушкой и дедушкой, их дети «без единого пятнышка» Максим и Анастасия и внуки Антоний и Полина, которым тоже светят софиты цирка…  

194507 февраля 2018
На манеже — всей семьей

— Мы все — цирковые дети, — рассказывает глава семьи Артур Минасов. — Росли так же, меняя города. Представляете, каждые полтора месяца все упаковывать, включая чашки, ложки, коляски, компьютеры, стиральную машинку? Наши дети ничем не обделены, они живут полной жизнью. У Максима и у его жены по два высших образования. Может быть, кому-то тяжело менять окружение, а у наших детей психика сильная. Трехлетняя Полина все время тормошит маму: «Ну когда уже в другой детский сад поедем, тут мне игрушки уже надоели». Мы все время в тонусе: немножко быстрее ритм жизни. Приезжаешь в другой город — новая программа, новые костюмы, новые репризы, новая публика… Умеем выходить из сложных ситуаций, жить-то приходится по-всякому, иногда в гримерках, иногда в таких гостиницах, что вдвоем не разойтись. Обычно люди едут в отпуск из дома, а мы — домой, в Москву. Но ненадолго — быстро устаем от отдыха, скучаем по цирку, где все крутится, сверкает, шумит… Не хватает энергии, адреналина. Хорошо или плохо это, но нам необходимо.

Впрочем, шестеро — это только «верхушка айсберга». Цирковая династия Минасовых—Голядзе уже третий век заставляет зрителей распахивать от восторга глаза. В цирк пришли еще прадеды бабушки и дедушки, заразив своей любовью будущие поколения. Дед Артура был акробатом, потом стал шпрехшталмейстером — инспектором манежа: главным человеком за кулисами, который объявляет номера, составляет программу, следит за безопасностью. Отец, мастер спорта по прыжкам в воду и акробатике, красавец и обладатель чудесного баритона, объездил мир с силовой парой. Однажды на гастролях в Красноярске увидел приму ансамбля песни и танца Надеждиной. Это была любовь с первого взгляда.

— Маму очень ценили в ансамбле, но она выбрала папу, — признается Артур. — Чтобы работать вместе, он сделал большой аттракцион с медведями-иллюзионистами, опережая время: 35 минут на манеже, с балетом, фокусами, задником, светом. Мы с младшим братом Виктором начинали работать вместе с ними с 12 лет. Очень люблю свою профессию, но семья важнее. Папа всегда говорил, что мы, Минасовы — лебеди: выбираем пару на всю жизнь. Это благодаря ему я точно знаю, что главное в жизни — семья. Что бы ни происходило.

Светлану, потомственную акробатку, Артур встретил именно в Омске — под Новый, 1985 год. История повторилась: через год, став Минасовой, она ушла в их номер, превратившись из солистки в одну из многих артисток балета.

— Главным было быть вместе, — улыбается она. — Я тоже из цирковой семьи: прадед еще мальчишкой убежал с бродячим цирком. Это удивительное место, где люди умеют многое, в том числе и менять себя. Ведь когда дети начинают заниматься с родителями, они осваивают многие жанры. К тому же на арене репетирует много народу — один одному научит, другой другому.

В цирке умеют падать и вновь подниматься к вершинам. Артур искренне восхищается женой:

— У Светы был сольный номер — баланс с предметами на золотой мачте. Кинжалы, потрясающий костюм, перья… А наш с братом клоунский дуэт – эксцентрика с куклами – распался: Виктор с женой уехали за границу по контракту. Мы с ним уже занимались клоунадой – нас учил потрясающий режиссер, сам в прошлом коверный Анатолий Васильевич Смыков, говоривший, что должен дать нам кусок хлеба. Не свои режиссерские амбиции реализовать, а сделать нас профессионалами. Но мне требовался хороший партнер. И Света стала клоуном, чтобы помочь мне сохраниться в профессии! Я счастлив: у меня действительно надежный партнер и в жизни, и на манеже.

1

Клоунский дуэт «Стэлла и Арто» заслуженных артистов России, лауреатов и призеров международных цирковых фестивалей Минасовых не совсем обычный.

— У нас нет спущенных штанов, оплеух и пинков. Смыков учил, что нельзя идти поперек артиста: реприза должна была присуща тебе, — объясняют Минасовы хором. — Наша клоунада больше театральная, в каждой — свой подтекст.

Стелла — чуточку эксцентричная элегантная дама в вечернем платье. Рядом с ней — веселый Артур, не только шутник, но и рыцарь. Клоун подтрунивает над красавицей, в руках которой зажигаются огоньки. Она немножко сердится, «пыша» огнем, как все дамы на свете, правда, настоящим. Сдаться бы, но Артур не умеет этого делать ни в жизни, ни на манеже. Безуспешно пытается затушить ее брандспойтом и… загорается сам.

— Все как есть, — смеется он. — Если женщина — огонь, никакой пожарный ее не затушит.

Репризы Стеллы и Артура рождаются из воздуха. Иногда из сора: однажды Светлана увидела смешное фото в старой газете, натолкнувшее на мысль, которую развили уже вдвоем. Часто подсказывают зрители — один сообразительный гость кинул Артуру шапку вместо мяча, что тоже потом вошло в репризу. Клоуны с подсадкой не работают — у них все честно.

— Это должен быть либо гениальный актер, играющий зрителя, либо… Надо уважать своего зрителя. Мы никогда не издеваемся над людьми, хотя человек в неудобном положении всегда вызывает смех. Нам такой успех не нужен, мы ставим планку на интеллект, интеллигентность и добро.

В их репризах мирятся кошки с собаками и соединяются чужие сердца. А у Светланы и Артура давно одно сердце на двоих. Когда оно болит, зрители не видят...

— Когда умер отец Артура, впереди было два представления. — Светлана опускает глаза. — Отработали и поехали на похороны. Мы должны нести радость, и не имеем права показывать свое плохое настроение. На наших лицах читается любая эмоция, и не только визуально. Мы ковёрные, общаемся со зрителями, нам не спрятаться за трюками. Поэтому проблемы и болезни оставляем за занавесом. Манеж — лучший лекарь, мы растворяемся в нем. Сначала тяжеловато, а к концу представления и температура нормализуется, и давление спадает. Как говорил Анатолий Васильевич Смыков: «Все, как в первый раз!». Главное — чтобы самому было интересно. Бывает, выходишь и, ах! — хочется работать и работать. А бывает — бьешься, бьешься, публика берет и… не отдает — чувствуешь себя пустым. Даже когда идет все хорошо, найдется бука в зале. Может, дома что-то у него произошло, но сидит суровый. И тут просыпается азарт: хочется сделать так, чтобы он забыл проблемы.

Одни и те же шутки в разных городах воспринимаются по-разному. Омск, уверены Минасовы, — город «цирковой», и не только потому, что публика благодарная.

— Представление складывается из мелочей, — замечает Артур. — Если театр начинается с вешалки, то цирк — с проходной. В Омске нам улыбаются милые дамы, работающие много лет, возникает ощущение желанности: ты не в гостях, ты в своем доме, в своей семье. Тогда и костюм садится правильно, и грим хорошо укладывается. А бывает, когда встречает охранник с дубинкой: «Кто такой?», — хочется сразу уйти. У артистов оголенные нервы, нам важно чувствовать свою востребованность, понимать, что нужен не только публике, но и тем людям, которые много лет в цирке. Ведь всю эту цирковую ауру ты выносишь в манеж, раздавая зрителям.

Впрочем, одинаковых шуток у Минасовых не бывает. Ковёрный — это всегда импровизация, чаще — нанизанная на костяк репризы. Но случается, что шутки приходится придумывать на ходу, когда нужно «потянуть» время, пока идет установка следующего номера.

— Отработаешь на кураже, и даже не помнишь, как. Такой всплеск адреналина, что ночью вдруг проснешься: цветные картинки кружатся, взрываются в голове огнями!

Весь вечер на манеже — работа не для слабых. А ну-ка выйди с широкой улыбкой, если на первую же репризу зал ответил молчанием! Лучшая награда — смех, аплодисменты и… дети.

— Сын отблагодарил нас за нашу любовь к нему, — Минасовы разом поворачивают головы к засмущавшемуся Максиму. — Умный, добрый, порядочный, талантливый… Ни одного пятнышка! А какую дочь нам привел! В цирке принято для детей быть тетями и дядями, а тут мы внезапно стали мамой и папой. Но легло на сердце сразу.

Настя Новичкова, теперь Минасова, — тоже из цирковой династии. Уже в одинннадцать лет начала работать в номере отца, вошедшем в книгу рекордов Гиннеса. Омск для нее тоже немножко родной: ее первый медведь был «омичом»:

— Убьют браконьеры медведицу, а медвежат распихивают по зоопаркам и циркам. Приехал к нам новый русский, каких тогда я только в кино видела: малиновый пиджак и цепи, цепи, цепи… Говорит папе: «Слышь, мужик, ты нормально так работаешь, забери у меня медведя». Оказывается, он себе возле дома кусок леса огородил и с друзьями развлекался: на квадроциклах гоняли, стреляя в медвежонка краской. Конечно, он был запуган так, что уже не годился для работы. Но папа забрал, девочка оказалась, мне ее подарил. Три-четыре простейших трюка мы все же разучили, а в основном просто жила… Животные в цирке в 99 случаях из сотни — твои дети: ночами не спишь, из соски кормишь.

Шпицей, с которыми работают Анастасия и Максим, подарил в качестве свадебного подарка дрессировщик Николай Павленко. Максим занимался эквилибром, Анастасия — дрессурой медведей, и обоим пришлось пожертвовать своими занятиями друг ради друга. Чтобы быть вместе. Круг замкнулся в манеж, став закономерностью цирковой семьи.

— Мои родители говорят, что в цирковых семьях год за три идет, — шутит Настя. — Люди же как живут: утром позавтракали, разбежались, вечером встретились. А мы круглые сутки вместе. Иногда в туалет вместе ходим, потому что в таких условиях приходится жить — тюрьма позавидует. Может, потому и крепкие у нас семьи, что к трудностям привыкли. Когда Антон родился, я дома, в Москве, только три месяца выдержала. Вся женская половина семьи была против, чтобы к нему ехала: зимой, в суровый Челябинск! Но папа билет купил: «Не можешь — езжай. Ты должна быть там, где твой муж». А за кулисами нянек нет — подвесили люльку, каждый проходящий качает, пока мы заняты. Однажды даже Дед Мороз нянчился! Полина в это время спит в зале, если представление долгое, сидеть же надо тихо. Зато у нас один мир!

И этот один на шестерых огромный мир — со взлетами и падениями, с болью и радостью, с любовью и верностью — называется цирк.

— Быть все время вместе — разве это не трудно? — все пытала я Минасовых, надеясь, что все же пожалуются. И каждый раз они хором отвечали:

— Это счастье!

Автор:Наталья Яковлева

Фото:Ангелина Яковлева

Теги:цирксемья


Яндекс.Директ ВОмске




Комментарии

Ваше мнение

18.06.2018

Подходит ли Вижевитова на должность омбудсмена?

Уже проголосовало 42 человека

13.06.2018

Имеют ли право учителя подрабатывать моделями?

Уже проголосовало 160 человек



Другие новости







Блог-пост

Роман Ковалёв

— Художник и градостроитель

Елена Петрова

— омичка

Галина Татаринова

— публицист

Другие новости


Яндекс.Директ ВОмске

Эксклюзив

Танец оловянного солдатика. Омская легенда

20 июня заслуженному артисту России Олегу Карповичу исполнилось бы 63…

131320 июня 2018

Стиль жизни

Мыслящие здраво. Лев Янеев

Здоровье

Мыслящие здраво. Лев Янеев

Семь весомых шагов на большую высоту: история 48-летнего омского банкира, который постройнел ради того, чтобы прыгнуть с парашютом – и не только. (ВИДЕО)

1244119 июня 2018
ПИСЬМО СЕБЕ. 17-летнему Сергею Демченкову...

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ. 17-летнему Сергею Демченкову...

...или публичный дар «близкому по крови незнакомцу» от завкафедрой русской и зарубежной литературы ОмГУ. 

226006 июня 2018
ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Серёге Тимофееву...

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Серёге Тимофееву...

…или несколько советов вчерашнему школьнику от будущего сексолога, руководителя «Клиники для Двоих».

1670131 мая 2018
ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летней Нателле Кисилевской...

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летней Нателле Кисилевской...

...из 2018 года от известной журналистки, красавицы, умницы и опытной кошелки. 

3269223 мая 2018

Подписаться на рассылку

Яндекс.Директ ВОмске




Другие новости

Наверх