Сергей Сорока: «Хотел бы быть незаметным вообще, но это не всегда получается»

Известный омский предприниматель, общественный деятель, чемпион — о жизни, любви к родному городу и собственной теории «маленьких дел», способных преобразить большой мир.

1670525 апреля 2018
Сергей Сорока: «Хотел бы быть незаметным вообще, но это не всегда получается»

Бизнесмену Сергею Сороке не откажешь в качестве, которое принято называть целеустремленностью. Ведь одно дело поставить перед собой какую-то цель, а совсем другое — достичь максимального результата. Сорока умеет и первое и второе. В студенческие годы, живя в общежитии педагогического института на Красногвардейской улице, он любовался из окна изящным двухэтажным особняком начала ХХ века, бывшим доходным домом Давыдовой, расположенным на улице Коммунистической: «Вот было бы здорово работать в этом здании!»...

Сегодня в этом особняке — главный офис известного омского предпринимателя Сергея Сороки. Но это не просто рабочее место: здесь особая, домашняя атмосфера. Тут и столик с обязательными угощениями для гостей: чай, кофе, конфеты, фрукты. В соседней комнате — большой деревянный шахматный стол с великолепными фигурами ручной работы. На полках многочисленные кубки и медали — свидетельства спортивных достижений. По центру кабинета, напротив дивана, под телевизором — комод, на котором аккуратно расставлены рамки с фотографиями родных и близких. Сергей Сорока — радушный хозяин, но при этом крайне закрытый человек: интервью дает редко. Несколько лет назад Сорока приобрел в собственность архитектурную жемчужину Омска — здание бывшего Товарищества Российско-Американской резиновой мануфактуры «Треугольник» и начал его реставрацию. А дальше, как-то сама собой родилась идея написать «биографию» здания — издать книгу о «Треугольнике». Памятуя об этой нашей совместной и, в общем-то, удачной работе, Сергей Николаевич согласился на эксклюзивное интервью для «ВОмске». Хотя уговорить его на откровенный разговор оказалось непросто. В свой, тщательно оберегаемый маленький мир, этот большой, во всех смыслах слова, человек пускает немногих.

1

— Сергей Николаевич, круг ваших жизненных интересов и достижений довольно широк. Вы историк по образованию, успешный предприниматель, меценат и один из покровителей «альма-матер» — педагогического университета, президент Федерации армрестлинга Омской области, а сейчас еще и заместитель председателя Омского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Но всё-таки Сергей Сорока, он в первую очередь кто?

— Предприниматель.

— Предприниматель не публичный, не любящий «светиться» на мероприятиях, в СМИ. А расскажите что-нибудь о вашей семье, родителях, откуда вы родом?

— Я родом из Таврического района Омской области, из села Любомировки. Мои родители, слава Богу, живы и здоровы. У меня было обычное деревенское детство: школа, спортзал, помощь по хозяйству. На летних каникулах — работа в совхозе, на стройке, в поле. Работал помощником тракториста, потом помощником комбайнера. В деревне я трудился на всех работах, к которым можно было привлечь школьника. Кроме работы — спорт. Хоккей — зимой, футбол — летом. Плюс в то время я уже увлекся гиревым спортом и достиг в нем определенных успехов. Потом был исторический факультет Омского педагогического института, пять лет жизни в общежитии. Тренировки продолжал, но уже в меньшей степени, поскольку учеба и городская жизнь захватили. По окончании вуза, по распределению вернулся в свое родное село, в совхоз. Пять лет отработал преподавателем истории и обществоведения. А в 1991 году, на переломе жизни нашей страны, нашего общества, переехал в Омск, занялся предпринимательской деятельностью. И занимаюсь ею, собственно, по сей день.

— А как вас, деревенского мальчика, потянуло к исторической науке?

— Я много читал. Мне нравились исторические книги, да и сам предмет «история». У нас был очень хороший преподаватель — Анатолий Иванович Лобзин. Вот он и увлек интересными рассказами, интересным изложением материала. Ну и художественные исторические произведения, конечно: Валентин Пикуль, романы о дворцовых переворотах, книги о Гражданской войне, Великой Отечественной войне. В то время с книгами была проблема: их почему-то не было. Поэтому читал, все, что удавалось достать.

— Однако вы не продолжили карьеру преподавателя, не пошли в науку, а занялись бизнесом. Почему?

— Всегда была какая-то предпринимательская жилка. Даже когда мы жили в деревне, мы всегда излишки своего домашнего производства, говядину, свинину — все продавали, торговали на рынке. У нас в хозяйстве всегда было много картошки: один из огородов занимал площадь в 1 га. А поскольку я был достаточно крепкий ребенок, то это все было в большей степени на мне. Потом урожай реализовывался за деньги. И когда произошел слом всех социальных и политических отношений в стране, я решил себя попробовать: получится — не получится. Тем более, благодаря учебе на историческом факультете, базовые основы «политической экономии», как это тогда называлось, я получил. Попробовал. Получилось.

— Вы как-то в одном интервью сказали: «Я привык ставить цели и их достигать». Что двигало вами, когда вы решили возглавить убыточное, погибающее на тот момент предприятие ПХБО «Восток»?

— Амбиции, прежде всего. Молодость, вера в свои силы, вера в разумную политику государства. Опять же классическое образование, которое подсказывало мне, что заводы и другие средства производства — это то, что должно приносить доход. Сегодня оглядываясь назад, понимаю, что далеко не все удалось. Но такой опыт был.

— Сильно разуверились в тогдашних идеалах?

— Очень. Пришло понимание того, что общества двигаются вперед, прогресс неминуемо идет. Мы даже не могли представить, что у нас когда-нибудь в руке будет «телефон—компьютер». Старые предприятия, заложенные еще в военные годы, немодернизированные, со старой инфраструктурой, конечно, оказались нежизнеспособны. В том числе, я вот угодил на такое.

— Но, тем не менее, вам удалось тогда выйти на относительно приемлемый уровень?

— Нужно было трансформироваться. Нужно было диверсифицировать все свои затраты, расходы, двигаться в ногу со временем. Бизнес и занятие предпринимательской деятельностью заставляют тебя находиться в постоянном движении, в развитии.

— Но занятие предпринимательской деятельностью, а тем более в 1990-е годы — дело рискованное. У вас кто-нибудь пытался «отжать» бизнес? Приходилось ли сталкиваться с нажимом со стороны государства, с коррупцией?

— Меня как-то Бог миловал от этого. Наверное, и соприкасался, но в какой-то очень легкой форме. Может быть, потому что я всю жизнь спортом занимался…

— Противники боялись вашего внушительного внешнего вида?..

— Нет, конечно. Никто меня не боялся. Но как-то судьба в этом плане ко мне оказалась очень благосклонна. Из 90-х годов я вышел без каких-либо ощутимых потерь. Повезло.

— Сегодня вы именуетесь до сих пор непривычным для уха россиянина французским словом «рантье». В вашем конкретном случае, рантье — это владелец доходной недвижимости. В чем специфика этой деятельности сегодня, по сравнению с тем же руководством фабрикой?

— Специфика достаточно простая и понятная. Ты что-либо строишь или что-либо покупаешь с целью эксплуатации и передачи этих помещений в аренду.

— Можно сказать, что это спокойный бизнес?

— Конечно. Если рассуждать категориями производственного цикла, какого-либо операционного бизнеса, где требуется ежедневное участие в принятии решений по платежам, разгрузкам, производстве, реализации, складировании и т. д., то, разумеется, он более спокойный и размеренный. Тем не менее, в нем очень много своих сложностей и тонкостей. Но в сравнении с любым заводом или любой торгующей, продающей организацией, весьма спокойный.

— В чем заключаются эти сложности?

— В заполнении, в арендных ставках. Мы, люди имеющие недвижимость, неважно какую, очень подвержены глобальным процессам. Я это давно уже отметил, с 2008 года. Когда в мире происходят какие-то изменения, когда, как это ни странно, в Лондоне, в Париже, в Америке происходит что-то, что приводит к падению российской национальной валюты — арендаторы съезжают. Глобализм — такая штука, которая проникает везде. В том числе и в Омск, в ту недвижимость, которая имеет отношение лично ко мне.

— Иными словами, омским арендодателями стоит ожидать худшего?

— Если произойдет снижение курса рубля, то конечно. И не только арендодателям. Мы все будем жить немножко хуже. До тех пор, пока мы не переживем санкции, пока не модернизируется наше государство, мы будем испытывать определенные сложности. Поэтому приходится лавировать. Эти вещи уже не новые, на моем жизненном пути они возникали не единожды. Поэтому надеюсь на то, что Россия сильное и мощное государство, с огромнейшим потенциалом, и сложности сегодняшнего дня мы тоже переживем.

— После трагедии в Кемерове не могу не спросить вот о чем. Что должен делать арендодатель для обеспечения безопасности на тех объектах, которыми он владеет? Что необходимо делать, чтобы люди ответственно относились к своему делу?

— Это ужасная трагедия. Я бы хотел выразить самые искренние соболезнования родственникам погибших. Пусть земля будет пухом и царствие небесное всем, чья жизнь оборвалась на этом страшном пожаре. Конечно же, все арендодатели, все владельцы недвижимости должны строго соблюдать требования пожарной безопасности… Вообще, мне сложно сказать, почему так происходит. К сожалению, какие-либо несчастья случались раньше, они случаются сейчас и повсеместно. И, не побоюсь это сказать, они будут случаться. Задача состоит в том, чтобы они происходили как можно реже. Должен быть контроль и хорошая селекционная кадровая политика. Люди, работающие с тобой, должны быть профессионалами в своем деле, должны качественно выполнять свою работу и соблюдать законы. Больше никак.

— То есть кадры, по-прежнему, решают все?

— Да. Кадры решают все.

— Вернемся к спортивной тематике. Как в вашей жизни возник армрестлинг? Ведь одно дело, физические нагрузки, как часть здорового образа жизни и совсем другое — профессиональный спорт. Когда началось это увлечение?

— Начиная с детства, я участвовал в областных соревнованиях всех уровней. В деревне все просто: если ты спортивный и хорошо играешь, например, в футбол, то параллельно идут хоккей, волейбол, баскетбол. Люди постарше, наверное, помнят, что в любом приличном совхозе было несколько спортзалов, несколько хоккейных, футбольных, волейбольных команд. Я участвовал во всех совхозных, районных соревнованиях, потом в «Королеве спорта», в зональных соревнованиях. Потом долгое время это была просто физкультура. А когда мне было уже за сорок лет, я пришел в армрестлинг. Началось с того, что я познакомился с мастерами этого вида спорта: Быковым, Александром Воронецким и другими. Это были уже титулованные спортсмены, чемпионы России и Мира. Познакомившись с ними, я увлекся этим видом спорта. Стал очень быстро прогрессировать, стало получаться. Как в открытом первенстве, так и среди ветеранов. Сначала призером стал, затем стал выигрывать состязания в России, поехал на международные соревнования. И оказалось, что я и на них могу выступать достаточно успешно.

— Это тоже удовлетворение амбиций или вам просто нравится?

— В первую очередь — нравится, во вторую — амбиции. Вообще, когда ты выступаешь профессионально, имеешь спортивные звания и титулы, то уже нацеливаешься только на первое место. И даже второе воспринимается как некоторое несчастье.

— Четыре года назад вы купили и профинансировали реставрацию одного из замечательных омских памятников архитектуры и истории — дома Товарищества «Треугольник» на улице Карла Либкнехта. Реставрационные работы такого масштаба — дело очень затратное, финансово невыгодное. Зачем это вам было нужно?

— Я понимаю одну простую вещь... «Треугольник» достаточно проблемный актив. Связано это с тем, что приобретался он за большие деньги. Затем произошло падение валюты, падение деловой активности в 2008-2009 году, и инвестиционные процессы по этому зданию отошли на неопределенный срок. Поэтому плюс-минус год-два возврата ресурсов для меня стали уже не так важны. А так как это здание, не побоюсь этого слова, роскошное и значимое для города Омска, мне захотелось сделать хорошее, настоящее, красивое, фундаментальное обновление. Это тоже амбиции. Прежде всего, я делал для себя. Хотелось сделать хорошо. Ну и для города конечно. Вообще сейчас, даже не знаю: для кого больше? И для города, и для себя.

— Два года вы в правлении Омского ВООПИиК. Что побудило вас заняться не всегда благодарной общественной деятельностью?

— Когда шли работы по «Треугольнику», у меня было столько «выпито крови»! Такое было непонимания по вопросам, либо несущественным, либо мешающим реставрации. Тогда и пришло осознание того, что в организации, которая значима и влияет на судьбу исторических памятников, нет ни одного человека из владельцев этих памятников. И чтобы внутри самого общества доносить позицию собственника до членов организации, я решил войти в состав ВООПИиК. Чтобы способствовать принятию более правильных, разумных и взвешенных решений. Как говорится, для пользы дела. Для пользы самого ВООПИиКа, для пользы нашего города, для пользы собственников. Чтобы находить компромисс и принимать наиболее грамотные решения.

— То есть по факту, вы сегодня посредник между властью, бизнесом и интеллигенцией. Что же нужно делать в первую очередь, чтобы чиновники, предприниматели и охранители старины, понимали друг друга и могли продуктивно сотрудничать?

— Надо слышать друг друга. И руководствоваться здравым смыслом, законом. У нас в законодательстве так много всяких «закорючек», всяких нюансов. А порой эмоции или нежелание выслушать оппонента и стать, хотя бы временно, на его сторону очень мешают.

— За прошедшие два года есть какие-то подвижки в этом плане?

— Безусловно. Обсуждение последнего объекта — реконструкция бывшего Волочаевского пивзавода — тому подтверждение. Несмотря на некоторые разночтения, пришли к общему мнению. Был найден разумный компромисс между сохранением самого памятника и его современным функциональным наполнением. У нас, как мне кажется, хороший альянс. Никита Петрович Шалмин — он сам архитектор по образованию, человек, понимающий все эти вещи. Игорь Коновалов — человек неравнодушный, знающий, хотя и без классического исторического или архитектурного образования. Но, тем не менее, путем самообразования и изучения источников он стал одним из сильнейших, на сегодня, в Омске людей в плане знаний и понимания особенностей сохранения объектов историко-культурного наследия. Мы все в диалоге. У каждого есть своя позиция, и в целом это идет на пользу дела.

— Вы следите за политической жизнью в регионе?

— Разумеется. Я же живу здесь и буду жить. У меня тут дети, бизнес, Федерация армрестлинга. Конечно, мне небезразлично кто будет руководить городом и областью.

— Как вам новые врио губернатора и мэр?

— Прошло еще совсем немного времени. В силу своего позитивного мышления и оптимистичного настроя, я считаю, что все должно быть только лучше. Город был почищен зимой, нормально прозимовали, хотя в наших погодных условиях это трудно обеспечить. Люди работают. Их надо поддержать и посмотреть: что будет дальше. Пока я вижу только положительные изменения. Исполняющий обязанности губернатора производит впечатление грамотного, образованного человека. Нынешний омский мэр, что особенно приятно, — молодая, красивая, умная, женщина.

— Видите вы в действиях Александра Буркова стремление к диалогу с региональным бизнес-сообществом?

— Да. Новый руководитель Омской области Бурков идет на контакт, встречается с Союзом предпринимателей, проводит много различных встреч. Человек он, кажется, доступный, открытый. Но пока рано об этом говорить: он только пришел. Он сейчас озабочен, в первую очередь, избирательной кампанией. Вообще, чтобы оценить специалиста в какой-либо сфере, должно пройти не менее двух лет. Это же огромный регион, огромное хозяйство. Поэтому, что называется, «будем посмотреть».

— У вас есть какие-то политические предпочтения, если мы говорим о публичной политике?

— Знаете, наверное, «юношеский максимализм» уже уходит на второе место. Я все больше превращаюсь в человека семейного, прилагающего свои основные силы на созидание в своем маленьком мире. Я его люблю, защищаю, оберегаю, обеспечиваю и желаю того же всем остальным людям. Чтобы семья, дети, маленькое пространство, которое окружает, каждого из нас доставляло гармонию, радовало. Знаете, раньше говорили «семья — ячейка общества». Я расширено употребляю слово семья. То есть это не только мои дети. Это родители, сестра, мой бизнес, тот же армрестлинг. Чем старше я становлюсь, тем больше все это меня беспокоит, интересует, и я прилагаю все усилия для сохранения и сбережение моего маленького мира.

Вот, например, 14-15 апреля в Омске во Дворце молодежи прошел VIII Всероссийский открытый турнир по армрестлингу «Сибирский медведь». Отрадно отметить, что нас посетили представители 25 регионов. Очень представительный, большой численный состав. Качество спортсменов: заслуженные мастера спорта, чемпионы Европы, мира. В том числе, и действующие, мастера спорта международного класса. Это уже традиционный ежегодный турнир, который собирает лучших спортсменов страны и даже представителей прилегающих государств, таких как Казахстан. И это тоже некий мой вклад не только в популяризацию армрестлинга, но и здорового образа жизни. Это желание и стремление помочь удовлетворять спортивные амбиции не только спортсменов, но и привлечь молодежь, детей. Это значимое событие в мире нашего спорта в целом.

Могу смело сказать, что после Чемпионата России «Сибирский медведь» и соревнования в Омске — это второй по значимости турнир. По представительству, по количеству регионов, по накалу борьбы, страстей. Это длительная подготовка, люди, команда. Это тоже мой маленький мир. Конечно, в нем помимо армрестлинга есть еще шахматы, еще остался настольный теннис. Это мой университет, в частности, исторический факультет. Мы не расставались никогда! Я окончил институт и все годы, поддерживал взаимоотношения с факультетом, с его руководителем Виктором Николаевичем Худяковым, с нынешними руководителями, с преподавателями. Был и остаюсь с ними в самом тесном контакте. Сейчас активно и сам собираюсь заняться научной деятельностью.

На 80-летии истфака ОмГПУ 2 ноября 2016 года

— Это очень мудрая позиция, но все же… Мы политикой-то можем не интересоваться, а она нами интересуется всегда.

— У меня был очень активный период 1990-х — начала 2000-х годов, и я «переел» всего этого. Я был в команде Полежаева, дважды был доверенным лицом. Очень добросовестно, искренне выполнял свою работу и служил. Можно и так сказать. Хотел бы быть незаметным вообще, но это не всегда получается. Сегодня я получаю удовлетворение от того, что занимаюсь приятными и интересными мне делами. И стараюсь лишний раз не попадаться на глаза.

— У вас у самого нет никаких политических амбиций?

— Нет. Абсолютно нет. Не хочу я занимать никакие государственные должности, выборные должности. Я хочу, чтобы все было тихо и спокойно в моем маленьком мире.

— Шаблонный вопрос, но все же. Есть у предпринимателя Сергея Сороки свой секрет успеха?

— Характер, прежде всего. Его бы я поставил на первое место. Основные черты — целеустремленность, упорство, дисциплина. Простые такие вещи. Трудолюбие и, конечно же, везение. Я, бесспорно, везению отвожу значительное место. Обязательно должен быть этот элемент.

— Это как когда-то, кажется, у Станиславского спросили: «Что нужно, чтобы стать знаменитым?», а он ответил: «Случай и везение».

— Ну, Станиславский тоже ведь живой человек был. Может к нему подошли с этим вопросом, в момент, когда его проезжавшая мимо машина обрызгала. Это образно говоря. Поэтому что, одного везения недостаточно. Но оно важно.

— А может Омску так повезти, что вы еще какой-нибудь заброшенный памятник старины выкупите и отреставрируете?

— Да как так сходу сказать?.. Я для себя решил, что минимум до 75 лет, если позволит здоровье и голова будет ясной, буду заниматься активной предпринимательской деятельностью.

Знаете, я не разделяю этой паники: «Все пропало! Все пропало! Надо бежать!». Я бы, кстати, упрекнул и наши омские СМИ. Мне лично уже поднадоел этот депрессивный фон, эта нагнетаемая в любом нашем издании атмосфера безысходности. Я с этим категорически не согласен! Я считаю, что просто нужно работать. Приобретать, строить, создавать, торговать, производить. Это и есть жизнь. У нас большой, красивый, хороший город. Да, у нас сейчас чуть хуже стали дороги. Да, у нас может быть сейчас меньше денег, чем в Екатеринбурге или Новосибирске. Но зато он точно более столичный, чем какой-нибудь Курган, Иркутск или Улан-Удэ, чем Поволжье, чем все, что севернее нас.

Город такой, какой он есть. Таким его и нужно воспринимать, видя хорошее и позитивное. И писать об это. Писать о том, что в городе ведется строительство, что в городе работают предприятия, коммерческие структуры, кафе, рестораны. Что все они оказывают услуги, создают рабочие места, платят налоги. В городе много всего доброго и хорошего. Это нужно показывать! Я не говорю о том, что нужно не замечать плохого. Но не должно быть перекоса в сторону только какой-то «депрессухи», насмехательства, какого-то патологического кайфования от неудач и проблем. Сегодня у нас средства массовой информации просто пляшут и танцуют вокруг всего этого. Сделайте ваш маленький мир хорошим и комфортным! И в итоге большой преобразится, он станет другим. Это такая теория маленьких дел, цифр, чисел. У нас же почему-то все верят в какую-то звезду, в какое-то пришествие. Что кто-то приедет и что-то произойдет, что нам сделают хорошо за нас. Нет. Только мы сами! Изменив себя и свое отношение ко многим вещам, потихонечку будем улучшать нашу жизнь. И, конечно же, работать надо! Без этого никуда.

Автор:Сергей Наумов

Фото:из личного архива Сергея Сороки

Теги:Сергей Сорока

Новости по теме

Бизнес выбирает бокс

297209 сентября 2016

Яндекс.Директ ВОмске




Комментарии

Ваше мнение

22.05.2018

Ройзман правильно сделал, что подал в отставку?

Уже проголосовало 5 человек

15.05.2018

Как вы относитесь к возможному повышению пенсионного возраста в России? По-вашему, это...

Уже проголосовало 123 человека



Другие новости





Блог-пост

Сергей Демченков

Мука


3123.05.18

Сергей Демченков

— Филолог

Нателла Кисилевская

— журналистка

Екатерина Скульская

— преподаватель итальянского и латинского языков

Другие новости


Яндекс.Директ ВОмске

Эксклюзив

Константин Черных: «Банкротство — комфортное решение»

Руководитель компании «Общество защиты прав потребителей «Общественная защита» — о процедуре реструктуризации по закону о банкротстве и о том, что банкротство не приговор, а возможность выбраться из финансовой ямы.

48521 мая 2018

Сергей Маврин: «Отношение к Сибири — это издержки колониальной политики»

Завкафедрой социальной педагогики и социальной работы Омского педуниверситета рассказал «ВОмске» о ситуации в своем вузе и в российском образовании в целом. 

773317 мая 2018

Кто самый активный депутат Заксобрания?

Сайт «ВОмске» вместе с читателями-избирателями строит первый рейтинг депутатов регионального парламента.

2786411 мая 2018

Стиль жизни

Максим Дьяченко: «На обратной стороне визитки — стилизованный «Черный квадрат» Малевича»

Кредо

Максим Дьяченко: «На обратной стороне визитки — стилизованный «Черный квадрат» Малевича»

Деньги, дети, дурные привычки, крутые сделки, учителя и авантюры: большое интервью с управляющим партнером компании «Петролеум Трейдинг».

127618 мая 2018
Игорь Ганичев: «Делаю баню для парения – от слова «парить», то есть «летать»

Уклад

Игорь Ганичев: «Делаю баню для парения – от слова «парить», то есть «летать»

Игорь строит уникальные бани, исповедует мягкость тепла, борется с феноменом «банной роскоши» и готов продвигать новый омский бренд — баню, после которой у тебя за спиной вырастают крылья.

899317 мая 2018
ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Алексею Платонову…

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Алексею Платонову…

…или десять выводов к 44 годам владельца сети мобильной электроники iZЮМ, автора книги «Прозрей - или мы вернем тебе деньги».

1357111 мая 2018
ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Саше Тимофеечеву…

Откровенная история

ПИСЬМО СЕБЕ, 17-летнему Саше Тимофеечеву…

…или тринадцать выводов к 51 году гендиректора компании «Альком».

1165207 мая 2018

Подписаться на рассылку

Яндекс.Директ ВОмске




Другие новости

Наверх