«Идиотские советские инженеры!»

Мой папа — кандидат исторических наук, владевший 17 рабочими специальностями — часто говорил загадочную фразу: «Идиотские советские инженеры!» Произносил он её, когда чинил утюг, когда собирал шкаф, когда возился с нашей «копейкой» 1981 года выпуска в гараже.

Я в детстве не понимал, почему это он так ругает доблестных людей, которые, как я считал, единственные, кто могут показать своим детям потом: мол, смотри, это папа сделал, построил, создал, изобрёл...
В нашем доме практически всё было сделано папиными руками. Ремонт в новой квартире он делал с нуля — затыкал огромные зазоры между бетонными плитами, перестилал полы, менял батареи, сам делал шкафы, обновлял кухонную мебель (новую в Таре в начале 90-х было достать нереально). Даже тот самый гараж был построен его (и немного моими) руками. В общем, в Таре я не чувствовал, почему же внезапно оказались в чём-то виноваты советские инженеры.

Уже потом, когда я стал жить в многочисленных съёмных квартирах, я стал сталкиваться с советской мебелью, советскими кроватями, советскими бытовыми приборами, жить в советских хрущёвках, ходить самостоятельно по советским улицам Омска (во всех смыслах — жил-то в Советском районе), я начал догадываться, в чём были проблемы во взаимоотношениях моего отца и советских инженеров.

Улицы, по которым я ходил и ездил, были ужасно спроектированы, построены и заасфальтированы — не для того, что по ним ездили или гуляли нормальные люди, а чтобы освоить деньги. Дома, в которых я жил, были созданы не для того, чтобы там мог комфортно жить человек, а для того, чтобы отчитаться о возведённых квадратных метрах. Утюги, созданные советскими инженерами, были похожи на орудие убийства. Телевизоры, созданные советскими инженерами, больше походили на ящики, чем на достижение науки и техники. Мебель, спроектированная советскими инженерами, рассыпалась во время пользования. Всё, к чему прикасались советские инженеры в своей профессии, было пронизано человеконенавистничеством и презрением не только к человеческому достоинству, но, кажется, и к самим себе.

Да, советские инженеры делали ракеты, перекрывали Енисей и даже в области балета были впереди планеты всей. В смысле, с удовольствием занимались вещами творческими: играли в КВН лучше гуманитариев, писали эстрадные скетчи и стихи, — только не занимались тем, ради чего они учились. Они не делали жизнь других советских людей лучше. И в наследство своим детям они не смогли оставить ничего, кроме перекрытого Енисея (ох, рассказывали нам, как строили ГЭС в Красноярске — чуть ли не китайским способом, без техники, голыми руками), ракет, которые внезапно стали падать во время запуска. Да и те, ракеты в смысле, показать своим детям они не смогут, ибо они секретны — потому что делались они не для детей, а для некоей абстрактной страны.

А страна для советских инженеров — это не их дети, а гигантский механизм, золотой бог, которому нужно приносить жертвы иногда. Абстрактный флаг, абстрактная идея, абстрактное политбюро. Абстракциям ведь не нужны работающие утюги, уютные квартиры, ровные дороги, телевизоры, микроволновки, мощные автомобили. Абстракциям надо, чтобы им поклонялись, ими гордились и их боялись. Боязнь абстракции рассматривают как высшую степень уважения. До утюгов ли с телевизорами в этих высоких материях?

А в квартире родителей до сих пор тот пол, который стелил папа, и полки, которые он сам делал.

Оригинал в Фейсбуке автора.