В преддверии сорока

Да нет, я прекрасно помню о том, что уже не молода.

В последнее время Роман все чаще просит рассказать истории из моего детства и молодости и слушает их с широко распахнутыми глазами и ртом. Они для него как из другого мира. Двенадцать подвигов Геракла, так сказать.

— Вместо жвачки мы жевали гудрон. А еще можно было долго жевать пластиковую крышку от одеколона и она начинала растягиваться. Или зерна пшеницы. Или смолу с сосны. Но гудрон был самым жевательным.

— Весной мы могли на целый день уходить в лес. Собирать подснежники, березовый сок и вылавливать из луж головастиков. Тащить их в банках домой и ждать — выведутся из них лягушки или нет. А еще я легко переплывала озеро. Да, то самое огромное озеро, на берегу которого стоит бабушкин дом.

— Зимой все дети на нашей улице рыли снежные крепости на задворках, укрепляли их глыбами льда и воевали между собой. Ночью мы с братом Женькой как-то устроили тайную вылазку, чтобы захватить крепость соседа Женьки Сажина и водрузить на нее чучело дохлого козла.

— В твои годы мать была председателем совета дружины, носила пионерский галстук и на торжественной линейке кричала: «Равнение на знамя»! А после уроков запросто могла подраться с хулиганами Махой и Мишкой, не сойдясь во мнении. А еще у нас была школьная форма и каждые выходные нужно было отпарывать воротнички, стирать их, крахмалить и опять пришивать.

— Когда по телевизору показывали сериал «Рабыня Изаура» или «Дикая Роза» — вымирала вся деревня. Наши комнаты были заклеены фотографиями любимых актеров и певцов из журналов. Музыку слушали на магнитофонах, а кассеты бережно передавались из рук в руки и переписывались. А еще мы играли в «Денди», «Тетрисы», «Ну погоди» и «Тамагочи». На моей совести было несколько загубленных виртуальных питомцев.

— Вещи продавались прямо на улице — на Тюкалинском рынке. Поездка на базар была целым событием. Особым шиком был шоппинг на толкучке у Омского автовокзала. Чтобы у всех были черные лосины, а у тебя зеленые. И голубой ангорковый капор, а не фиолетовый. А еще спортивный костюм Адидас, парусинки, плиссированная юбка, дольчики, индийский свитер и брюки-слаксы. Ооо, сколько слез было пролито из-за этих так и не купленных слаксов.

— В университете готовиться к занятиям мы ездили в Пушкинскую библиотеку. А если не успевали — брали книги за деньги на ночной абонемент. Порой за один вечер надо было одолеть несколько книг. Поэтому одним из самых популярных был сборник краткого содержания шедевров зарубежной литературы.

— Кто скажет в каком городе происходило действие трагедии «Семеро против Фив?» — вопрошала преподавательница.

Группа сконфуженно молчала.

В университетской общаге жили менты, валютчики и проститутки. По коридорам густым туманом плыл запах травы, а на дискотеке в «Белле» летали ножи и устраивались настоящие бандитские разборки. Моего соседа по секции талантливого студента Костю зарезали по ошибке… Андрюха умер от передоза. Лилька стала банкиршей. Людка создала собственную корпорацию за границей. А Павлик известный юрист…

— Интернета не было. Вообще. На работе мы писали заметки и репортажи на чистых листах бумаги. А потом относили в набор машинисткам. После этого текст надо было вычитать, поправить ошибки, опять отдать его машинистке и только потом нести редактору. Печатная машинка была только у Миши Лебедева. Он был самым модным в городе журналистом. Печатал и отдавал в набор) Мобильных телефонов тоже не было. Первыми появились пейджеры.

…А еще нереально бесит, когда говорят: «Ты только не празднуй! Нельзя ни в коем случае праздновать сорок лет». (...)

— Дорогие мои, — хочется тут же сказать мне. –(...) Как-то за один отпуск мне пришлось пережить два наводнения и один сход селя. Помню, ребенок спал в нарукавниках, а я стояла на балконе и думала пора ли плыть до соседнего отеля или все-таки подождать спасателей. А мимо в море неслись заправочная станция и автомобили. (...)

— Не дрейф, Наташка, — говорят мне другие знакомые. — После сорока жизнь только начинается!

Дальше следуют истории про неких приятельниц, которые после сорока бросили работу, уехали на Гоа, впали в нирвану, похудели на 30 кг, вставили себе силиконовые груди, завели молодых любовников и т.п.

Вот этого я боюсь больше всего. Дури то у меня и своей от природы хватает. А если после сорока еще и крышу снесет… Я тут на днях уже чуть брови себе не наколола. Хорошо, вовремя одумалась.

Так что, если вы вдруг увидите, что я с томной улыбкой вышиваю крестиком, заглядываюсь на молодых официантов или подписываюсь на группы про Гоа … Я на вас рассчитываю. Ведь говорят, что после сорока остаются только настоящие, проверенные годами друзья.

Оригинал в Фейсбуке автора.