Записки бывшего спасителя

«...я смотрел на зрачки, постукивал по рёбрам, слушал, как таинственно бьёт в глубине сердце, и нес в себе одну мысль — как его спасти? И этого — спасти. И этого! Всех».

Это молодой врач рассказывает, как он, выпускник медицинского факультета, начинал в глуши, в «египетской тьме» свой профессиональный путь. Впрочем, это не только о «трудностях профессии», кода больше сотни посетителей в день на приёме, а ещё — десятки в стационаре, а ещё операции, ночные выезды в дальние деревни...

Спектакль Санкт-Петербургского театра «Мастерская» «Записки юного врача» по ранним рассказам Булгакова с успехом прошёл в омском «Пятом театре» и будет показан в Таре. Его привезли на Фестиваль «Золотая Маска».

И он не о профессиональном становлении (хотя и это, конечно, и в булгаковском тексте, и в спектакле есть). 

Он — об искре Божьей в человеке. О том, когда человек, созданный «по образу и подобию», к этому образу может приблизиться, хоть и слаб. Максим Блинов — автор инсценировки и единственный исполнитель — и Григорий Козлов - режиссёр, художественный руководитель «Мастерской» — предлагают вот такого уровня разговор.

Порывистая одинокая фигурка юного врача мечется между тёмным пологом «тьмы египетской» (это и глушь, в которую забросила его судьба, и местная дикость, и смерть) и светом, который исходит от белых халатов. (Художник — Николай Слободяник). Но не только ведомая юным доктором «белая рать» из фельдшеров и сиделок борется со смертью «не то с мечом, не то со стетоскопом».

Главная борьба происходит внутри человека. Слаб человек, и видя умирающую пациентку, думает: «Тут уж ничего не сделаешь». Но вдруг «сурово, не узнавая своего голоса» командует: «Камфары!». В такие минуты полного самоотречения он и живёт «по образу и подобию».

Максим Блинов полтора часа держит зал в напряжении именно потому, что зрители становятся свидетелями этой внутренней борьбы. При этом он выводит на сцену всех булгаковских героев: вот мы слышим интонации раздражающей доктора бабки, которая сопротивляется операции маленькой внучки; вот подвыпивший фельдшер Демьян Лукич рассказывает, как пациенты за день распивают выписанные на неделю капли; вот отец искалеченной льномялкой Лидки воет в приёмном покое... Поначалу такая иллюстративность слегка раздражает: что ж так просто-то! Но в какой-то момент впадаешь в состояния всех этих людей, потому что они все — действительно здесь. Здесь и сейчас живут внутри юного врача; они — навсегда частичка его существа.

Эх, не по силам человеку всегда быть Спасителем. Юный врач покинул глушь, перебрался в уездный город. «Тяжкое бремя соскользнуло с моей души. Я больше не нёс на себе роковой ответственности за всё, что бы ни случилось на свете. (…) Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками».

В аппарат большой больницы он вошёл «как новый винт по заранее взятой мерке». Но стал ли он счастливее? И почему так подробно вспоминает, как воевал с «тьмой египетской»? Не от того ли, что только он и мог её разогнать?..

Не случайно рассказ о невыносимо тяжелом периоде из жизни героя обрамляется бетховенской «Одой к радости». Как известно, эта музыка положена на шиллеровское: «Радость, пламя неземное, райский дух, слетевший к нам»...

Видео — Маргарита Миронова, с сайта www.vteatrekozlov.net и https://www.youtube.com/watch?time_continue=7&v=ykrNvK--Apc

Оригинал в Фейсбуке автора.