Возможно, в эти дни мы ответим на извечный вопрос: что есть Россия — Европа или Азия?

«ВОмске» публикует текст из авторского Телеграм-канала Сергея Старовойтова.

— Возможно, в эти дни мы ответим на извечный вопрос: что есть Россия — Европа или Азия? И помогут нам в этом протесты в защиту прав черных в США, Франции, Англии. Ведь часто русский человек просто не понимает реакции западного общества — зачем они становятся на колени перед погромщиками? Зачем белые выходят на митинги в защиту черных? Почему власти позволяют протестующим собираться вновь и вновь?

Все дело в том, что западный человек воспринимает митинги и все эти символические жесты как публичную декларацию протеста: что-то вроде подписи под петицией. На Западе нет трагичного ощущения, что протесты ВСЕГДА приводят к крушению государства. Они полагают, что протесты всегда лишь укрепляют государство, позволяют ему приобрести более устойчивый иммунитет к единоличной власти, иммунитет к диктатуре. И самое страшное, что может произойти — это проигрыш республиканца Трампа демократу Байдену. А как вы понимаете, это не трагедия даже для Трампа. На Западе протесты — это скорее вирус в ослабленной форме, прививка.

В азиатской же традиции (к которой относится и китайская, и арабская, и даже латиноамериканская) протесты чаще всего приводят к революции и краху всего государства —здесь вирус агрессивен и летален. Вирус убивает организм. Потому что в азиатской традиции правящая верхушка так глубоко запускает корни в организм государства, что срастается с его мозгом и нервной системой. И, естественно, протесты, уничтожая правящую верхушку, уничтожают и само государство: мы это видели и в 1917 и в 1991-м.

Поэтому Россия, конечно, уникальна. Об этом всю жизнь говорили русские писатели, не стыдно продолжить и политологам: мы страна с христианской культурной ДНК и азиатским политическим кодом. Эта двойственность, с одной стороны, не позволяет нам критично мигрировать в нравственных нормах (поэтому нам непонятны многие новые моральные коды, появившиеся в последнее время на Западе), но и мешает политическому прогрессу. А если мы не прогрессируем политически, то мы, во-первых, не развиваемся в политическом смысле, а во-вторых, полностью зависим от уровня политической культуры тех, кто оказался в Кремле.