О «механических» и литературных зигзагах судьбы Александра Дегтярёва

Он родился в 1941 году в многодетной семье, в селе Новотроицкое Нижнеомского района Омской области. Первая половинка его «сценария Судьбы» была далека от литературы. Вот небольшой фрагмент из автобиографических заметок Александра Афанасьевича Дегтярёва:

«…Когда мне было пять лет, после тяжёлой операции умер отец, ему было 42 года. У матери на руках осталось восемь детей... После окончания средней школы я уехал в Красноярский край, где работал в геологоразведке. Через год вернулся в Омск, поступил на двухгодичный курс техникума для вновь открываемого в Омске научно-исследовательского института средств связи. В этом НИИ более 30 лет работал механиком по радиоаппаратуре. И эта работа по созданию средств связи для космоса, Военно-морского флота и авиации стала главным смыслом моей жизни. Изобретательство, эргономика и дизайн создаваемых приборов захватили меня полностью».

1

У Дегтярёва – 7 авторских свидетельств, его работа отмечена медалями, орденом «Знак Почёта», у него есть звание – «Почётный ветеран ОНИИП». Но сценарий Судьбы уже сделал «зигзаг»: сначала – публикации в омских газетах, а в истоке 1990-х – одна за другой выходят две книжки рассказов Дегтярёва («Лунное затмение» и «Житейские заморочки»). И в 1996-м он был приглашён на Всероссийское совещание молодых литераторов (было тогда молодому литератору Саше Дегтярёву 55 лет). По результатам обсуждения двух вышеназванных книжек Александр Афанасьевич был принят в Союз российских писателей.

Много лет был заместителем председателя Омского отделения Союза российских писателей. По настоящее время – член редколлегии литературного альманаха «Складчина». Сегодня в «портфолио» Александра Дегтярёва семь книг, среди них – вышедшая в 2016 году «Избранная проза».

Впрочем, можно уже смело говорить, что книг не семь, а восемь. Скоро выйдет в свет очень (и даже очень!) неожиданная книга писателя-прозаика: книга трёхстиший под названием «Я из ладоней воду пью». Имел честь быть первым читателем этой книги (в рукописи). А теперь вот имею честь в юбилейный день рождения Александра Дегтярёва поделиться первым «читательским откликом».

Это особое состояние – когда читаешь книги своих давних друзей, с которыми ты «не один пуд соли съел». Потому что по-над словами, по-над строчками книги проступает образ твоего друга. И тебе словно даруется некий НАДсмысл.

Представьте себе: автор нескольких книг короткой прозы предстал вдруг в непрозаическом жанре: трёхстишия. Ха́йку (хокку) по-русски? И да, и нет. В классическом хайку, как известно, главное – природный образ, так или иначе соотнесённый с жизнью человека. И в этом смысле довольно значительная часть трёхстиший Александра именно такова; вот достаточно характе́рный пример: «Жёлтый лист липы // Отправил  письмом сыну. // Наступила осень». Но не менее значительная часть трёхстиший отступает от японских поэтических канонов.

2

Эта книга похожа на зафиксированные в записной книжке короткие строчки, которые для самого писателя являются своеобразными вешками судьбы. Вот, скажем, читает он спустя годы три строки: «Русская печь. Рядом – // Полати у  потолка. // В красном углу – Гагарин!» – и в его памяти проступают и Время, и Пространство, и конкретика. Он это увидел, он это зафиксировал, это – частичка его жизни, его судьбы.

Первое трёхстишие, открывающее книгу, похоже на эпиграф: «Вспомнить прошлое // Душа моя спешит // На крыльях памяти». И теперь главное, чтобы читатель стал сопричастным тому, что увидел и зафиксировал автор. И Время раздвигает свои границы. И читатель становится СОпричастным…

В тематическом разнообразии трёхстиший особо, на мой взгляд, выделяются те, которые похожи на афоризмы. И ещё те, в которых появляются метафоры. И тогда к СОпричастию присоединяется твоя собственная память. «За перевалом море, // Бескрайнее, как жизнь // В молодые годы!»; «При встречах и проводах // Старые ступени крыльца // Скрипят по-разному»; «– Что кроме пепла // Остаётся от  костра? // – Пламенные строки!»; «У могилы друга // Наливается горечью // Красная рябина»...

Мне нравится даже то, что во многих трёхстишиях автор впадает, «как в ересь, в неслыханную простоту» (Пастернак, как вы помните, добавил к этому: «…Она всего нужнее людям, // Но сложное понятней им»). Из простых трёхстишных зарисовок складываются большие картины. И я вместе с Александром вижу, как «Плакучая ива // На берегу пруда // Кланяется ветру» и как «Чуткие струны // Высохшего камыша // Перебирает ветер». И я как будто вместе с Сашей записываю в свою записную книжку: «Брошенная деревня // На другом берегу // Уже не ждёт парома».

Удивителен и прекрасен переклик трёхстиший со строчками человека, которого автор считает своим учителем. Эти строчки из повести «Дивное дело» Александра Плетнёва поданы в книге как трёхстишие: «…Перед закатом // Вершины берёз обметают // Золотую окалину солнца…». И ты понимаешь, что это не просто переклик. Могу предположить, что «обнаружение» в прозе Учителя строк, которые можно преподнести как трёхстишия, и было для Дегтярёва первотолчком для обращения к новому для себя жанру.

 И мне с улыбкой вспоминается сократовское: «Заговори, чтобы я тебя увидел». И Александр – говорит. И я – вижу. Я вижу «В комнате окно // С видом на пустырь. // На столе бумага и перо!» Я вижу, как «На водопое лошади, // Целуя своё отражение, // Ржут и фыркают»…

Александр Дегтярёв словно раздвигает короткими строчками Пространство и Время. Вот только грустью порой строчки полнятся: «Как полая вода, // Уходят прожитые годы… // Задумался рыбак».

«Задумался рыбак»… Ну а если «Рыбак Слов» задумался – это классно! Значит, и до девятой книги недалеко!

А теперь – почти совершенно секретно: из Москвы в Омск отправлен конверт с Почётной грамотой от Правления Союза российских писателей (в чей адрес отправлен – можно не объяснять). Ну а поскольку «дорога́ ложка к обеду», – председатель Омского отделения СРП Вероника Шелленберг попросила москвичей перед отправкой сделать фотку этой грамоты. В общем, публикуется впервые! Для Саши Дегтярёва!

3

…Ну а дабы вспомнить про то, «как молоды мы были», – вот решил, что редкую фотку с участием юбиляра «вытащу» из своего архива. Там – XX век. 1999-й. Ну и перед тем, как показать её, – краткое пояснение. На снимке: сидит – актёр Николай Михалевский; стоят (слева направо; но это я не для Дегтярёва поясняю, а для молодых читателей «ВОмске»): киновед Владимир Бусоргин, писатель Александр Дегтярёв, композитор Александр Болдырев, актёр Юрий Ицков, певица Светлана Бородина, автор этих строк Сергей Денисенко, писатель Алексей Декельбаум, литературовед Эдмунд Шик, поэт и журналист Георгий Бородянский.

С Днём рождения, Александр Афанасьевич! С юбилеем, Саша!