Ветер знает

Ветер дул так, что даже деревьям было холодно и неуютно. Они не могли гибко клониться в подветренную сторону, как делали летом, листьями амортизируя порывы и красиво провожая потоки воздуха струящимися сережками. Скованные холодом ветви, стволы с застывшей сладкой древесной кровью внутри, нелепо качались, стучали друг об друга и ломались с громким треском. И с каждым таким треском Рыжему становилось все хуже. Он пережил тридцатиградусный мороз в своей дырявой будке, наспех сколоченной из кусков фанеры. Но этот ветер был страшнее. Он выдувал тепло из каждой клеточки его тела и все воспоминания о лете из головы. Рыжий мелко дрожал, свернувшись в тугой клубок, и старался не сойти с ума от ужаса.

— Уууууууу гррррр ииии́ии уаааааа, — неистовствовал ветер, решивший в эту ночь сдуть и деревья, и конуру, и самого Рыжего.
— Екарный бабай, что за конец света, а? — вдруг услышал Рыжий чей-то голос. На голос полагалось лаять — Рыжий не просто так сидел в будке, а охранял дачный дом. Но у него просто не было сегодня лая. Ветер выдул и его вместе с хорошими мыслями и теплом.
— Опа, охрана у нас тут!

1

В будку заглянуло лицо человека. Запахло чем-то химическим, не очень приятным. И еще чем-то теплым, живым, хотя и незнакомым. Рыжий заерзал, вспоминая о службе, занервничал. Чужой! 

Пёс заворчал. Но гость оказался не из пугливых.
— Лан тебе, чертяга, не лезу к тебе. Я думал кто-то сдох уже в этой будке. Я сам уже почти сдох от этого ветра.

Лицо исчезло. Рыжий полежал немного, прислушиваясь, но за воем ветра ничего не было слышно. Рыжий нехотя поднялся и вышел из будки. Возле дачного дома кто-то стоял. Судя по запаху, который ветер вперемешку с метелью бросал Рыжему прямо в морду, это был его гость. Он что-то делал с дверью, чем-то стучал и лязгал. Через минуту дряхлая дверь открылась и Чужой скрылся за ней в домике. Рыжий тявкнул. Ситуация была явно такой, какой быть не должна. Рыжий прошел к домику настолько, насколько позволяла его цепь. До двери оставалось еще метра два. Рыжий сел в снег и стал наблюдать. 

В окне что-то появилось яркое, слегка моргающее. Похожее на то, как горел огонь осенью и Хозяин кидал в него прелую траву. Хозяин, вздохнул Рыжий. Он приходил раз в два дня и приносил поесть. Проверял, все ли в порядке на участке, и быстро уходил. Рыжий ждал этих посещений, как самой жизни. И больше всего на свете он мечтал о том, чтобы когда-нибудь Хозяин, уходя, обернулся и сказал: пошли! Он слышал, как так говорили собаке с соседнего участка, лопоухой хромой овчарке. И та уходила вместе с хозяевами.

Из трубы домика вдруг повалил дым. Такое бывало только весной и осенью. Рыжий совсем растерялся и снова залаял. Дверь домика отворилась. В светлом проёме стоял Чужой.
— О, пришёл! — сказал он. — А что ж не заходишь?

Чужой спустился со ступенек и встал перед псом, который за несколько минут уже превратился в небольшой сугроб. Чужой обошел Рыжего, нашел рукой цепь, поднял ее́ и подёргал. Потом подошел к будке и посмотрел, куда она крепится. Через минуту он вернулся к Рыжему.
— Парень, там крепко вкручено, не отстегну. Давай договоримся. Я тебе снимаю ошейник, а ты меня не жрешь? Ферштейн?

Рыжий поднял уши, во все глаза глядя на удивительного гостя. Чужой протянул руку. Рыжий потянул носом. Пахло всё той же химией, теплом и хлебом. Хлеб на руке и лежал. Рыжий недоверчиво посмотрел на Чужого, понимая, что весь мир сегодня катится куда-то в пропасть, и, была-не была, аккуратно взял зубами корочку.
— Молодца, — похвалил Чужой, дождался, когда пес доест, и погладил его по голове. Рыжий вздрогнул, но почему-то не зарычал. Чужой продолжал его гладить по голове, шее, и вдруг привычная тяжесть цепи исчезла. Рыжий тут же встал и огляделся недоверчиво. Ветер определенно сегодня замыслил что-то непонятное.

Чужой пошел к двери, но не скрылся за ней, а обернулся и сказал:
— Ну, пошли что ль? Не надоело еще на холоде сидеть?

2

Рыжий как в тумане побрел за Чужим и зашел в дом, который за свою жизнь он еще ни разу не видел изнутри. Пёс сам удивлялся тому, что он делает и при этом не испытывает страха. Сегодня за него все решал ветер. Дверь захлопнулась и вдруг стало тихо. Чужой хлопотал у стола с какими-то банками. Запахло едой. Рыжий подошел.
— А ты у нас, значится, Рыжий, — констатировал гость, посмотрев на пса. — Хорош, хорош. Охранник из тебя говно, но это, как понимаешь, мне сегодня на руку. Я сосед ваш, узнаешь меня? У меня овчарка еще была старенькая. Похоронили мы ее на днях, вся семья рыдала, до сих пор мы, наверное, не в себе.

Чужой помолчал, пошерудил ножом в банке, и снова заговорил. Пес с удовольствием слушал звуки человеческой речи.
— Короче, Рыжий, план у нас такой. Ключи от своей дачи я забыл, а ехать мне сейчас нельзя. Поэтому или мы с тобой тут ночуем и трезвеем, или замерзаем в твоей дурацкой конуре. Судак у тебя хозяин, Рыжий. Будку нормальную не может сделать.

Чужой поставил перед псом тарелку с тушенкой, хлебом и зеленым горошком. Рыжий ткнул носом в горошек и стал жадно глотать мясо. Чужой тоже ел и усмехался, посматривая на собаку.
— С женой поругался, прикинь. Психанул, поехал на дачу ночевать, а ключи и телефон забыл. А по дороге напился, как дебил. Главное из за чего поругались-то, сказать стыдно. Сын лез с каким-то грузовиком, а я на него наорал. Сказал, что отчет горит. Хотя горело у меня совсем в другом месте. Вот и поделом мне, екарный бабай.

В деревянном доме постепенно становилось очень тепло. Трещало что-то в печке, но не так отчаянно, как на улице, а почему-то успокаивающе. Ветер никуда не делся, Рыжий слышал его гул за окном, но у ветра больше не было власти. Пес лежал в ногах Чужого и ему было так хорошо, как не было уже очень давно. Он уплывал куда-то далеко, где вечное лето и бесконечная еда...

Утром он проснулся от голосов и соскочил в ужасе. Он узнал голос Хозяина и вспомнил голос Чужого. Сначала голоса были напряжёнными, потом кто-то засмеялся, и разговор потек ровнее. Но Рыжего это не успокоило. Он подошел к открытой двери и выскочил на улицу. Хозяин глянул на него мельком и наклонился. В его руках был ошейник с пристегнутой цепью. Хозяин сделал шаг к Рыжему, но тут Чужой что-то сказал. Хозяин остановился и ответил. Потом помолчал и хмыкнул. Бросил цепь на снег.

Чужой протянул что-то бумажное Хозяину и пошел к калитке. В его руке пискнуло, а стоящая у забора машина ответила. Рыжий смотрел во все глаза, не понимая, что ему делать. Ветер сегодня ничего не подсказывал, хотя и дул не слабее, чем вчера. Рыжий направился к своей дырявой будке. В проёме калитки стоял Чужой и смотрел на Рыжего.
— Ты куда собрался, охранник хренов? Я камеру вторую поставлю на свой дом, пусть твою будку охраняет заодно. А у нас дело поважнее — прощения просить. Иначе мне кранты, Рыжий, я без своих никто. А ты пёс понятливый, помог бы мне. Пошли?

Рыжий замер у самой калитки. Он поднял морду вверх и посмотрел в самую гущу снежной бури. Уууууууу — выл ветер, показывая свою силу. Чужой открыл заднюю дверь машины и махнул рукой куда-то внутрь. Ветер с силой ударил Рыжего прямо в спину, вытряхнув из него остатки теплой ночи. Пёс, не думая, запрыгнул в темноту салона. Внутри что-то приятно урчало и странно пищало, Чужой чем-то щелкнул, Рыжего качнуло и за окном вдруг пропали дырявая будка и хозяйский дом. Ветер окончательно разрушил старый мир, понял Рыжий. Но почему-то эта мысль его не встревожила.

Он просунул голову между сидений, прислонился щекой к плечу Чужого, и стал смотреть вперёд.

 

Оригинал в Facebook автора.

3