Лошадь с точки зрения ребенка

Когда я рисую кошку, получается собака, или лошадь, или мышь. Кошка же, нарисованная узбекским сержантом, выходит за рамки визуальных традиций живой природы. Она может выглядеть и как блиндаж, и как медаль «за взятие Катманду Д’артаньяном». Поэтому в армии я был художником. У моих кошек хотя бы ноги были. Я всегда подписываю свои картины названием изображённого феномена, а не фамилией автора. За это никто не назовёт моего ёжика совой, а меня не сочтёт желтым пятном на белом фоне, как это не раз бывало с художником Василием Кандинским.

Военную живопись лучше описывать словами. Вообразите: отчетливая острота геометрических стигматов оттесняет звучную наполненность тени, звонкая риторика ритмического красного противостоит вязкой протяжности сиреневых всхлипов. Вы бы хотели такое увидеть? Вот и никто не хочет. Кроме фотографий, воспевающих внешний вид и духовную необузданность, классический дембельский альбом составляют пять канонических живописных сюжетов. Опишу только один. Надеюсь, нас не забанят.

Следите за пальцем: ночь, луна, железная дорога сквозь еловый лес. Поезд натурально мчится вдаль. На авансцене два ангела отдирают от шпал рельсы и завязывают их узлом, что означает невозможность вернуться. Заказчики легко различают где тут ангелы, а где поезд. Им до пенсии ещё смотреть кошмары о повторном призыве из-за путаницы в военкомате.

Моя дочь Маша рисует лучше меня, потому что хуже уже куда же. Примерно в пятом классе Маше велели нарисовать лошадь. Маша возилась целый час. Получались то мышь, то верблюд. Одно можно было сказать определённо: Маша мне родная. Внутренне смирившись с двойкой, Маша просто наляпала на холст разных красок, выбирая самые весёлые. И подписала: «Лошадь!» И сдала учителю. На следующий день учитель сказала всему классу:

— Дети! Я хочу показать картину, нарисованную одной нашей девочкой. Картина называется «Лошадь»! Посмотрите! Что вы видите?
— Маляр упал на свои запасы! — подумали дети, но произнести постеснялись.
— Это же лошадь с точки зрения ребёнка! — сказала учитель и уронила слезу. — Скачущая радость! Солнце и сияние небес, трава и смех, и тёплые лошадиные губы, пробующие яблоко!
— А так же звонкая риторика ритмического красного, противостоящая вязкой протяжности сиреневых всхлипов, — мысленно продолжили дети.

За ту картину Маша получила пять с двумя плюсами и награду на школьной выставке. Потому что не табуретку же награждать с урока труда, и не верблюдомышь.

На сегодня всё. Обнимаю всех, кто считает лошадь радостью.

Оригинал на странице Вконтакте автора.