«ТОЛЬКО ВОЛНЫ ЗА КОРМОЙ, ТОЛЬКО – ЧАЕЧКИ…»

Первая встреча с ним в феврале на празднике «Омская зима» в 1990-м была, как говорится, навсегда. А он ещё и обижается, что я к нему — «на Вы» (ну а как же я мог по-другому, если разница в возрасте весьма серьёзная?).

…Сегодня, в память о Вильяме — стихотворение, похожее и на мемуар, и на эссе. Его название — в заголовке моего блог-поста. Оно было написано 12 лет назад (и я внёс в него чуть-чуточку иных строк, с учётом прошедшего времени). Начинаю. С эпиграфов. А следом – «Только волны за кормой, только — чаечки…»

1

---

_{«…Плакал в кубрике матрос,
словно в спаленке.
Ростом батьку перерос,
а как маленький!..»
             (В. Озолин. Из стихотворения «Капитан»)}

 _{«Вильяма в этой жизни не хватает…»
            (Название предисловия в книге Александра Лейфера
            «Мой Вильям». Омск, 2006г.).}

_{«Я любил смотреть на него, слушать, читать…»
            (Анатолий Кобенков. Из предисловия к посмертному
            сборнику Вильяма Озолина в серии «Поэты
            свинцового века»: Красноярск, 1998г.;
            главный редактор серии — Роман Солнцев)}

…Помню, Омск сходил с ума:
шёл новаторский
праздник «Омская зима»
литераторский.

На большой лит. праздник-бал
(к чёрту хвóрости!)
и Озолин приезжал
в бывший гóрод свой.

Сам – хозяин, а – как гость
(«Где отметиться?»)…
…Мне с Вильямом довелось
близко встретиться.

Перед публикой в те дни –
с чьей указочки? –
выступал я вместе с ним
в одной «связочке».

(Я к тому, кто всё решал –
пусть «за давностью» –
и «указочку» держал, –
с благодарностью!)

А в душе – как «от винта»:
намозолено –
детство, юность, «Капитан»
В. Озолина.

Мне тот стих когда-то был
всех полезнее:
я ведь в нём почуял смысл,
смысл Поэзии!

Стало ясно дураку
(раньше – пó фигу):
смысл – не слово «гнать» в строку, –
мысли в строфику!

И шептал в тиши ночной,
как в отчаянье:
«Месяц шёл уже седьмой,
как отчалили…»¹

_{¹ Начальные строки стихотворения В. Озолина «Капитан». Здесь и далее строчки из этого стихотворения выделены курсивом.}

…Я отвлёкся от «Зимы».
Кульминация:
выступаем в «связке» мы –
сплошь овация!

Эх, вернуть бы «статус кво»!..
Он – уверенный,
статный, рослый, взгляд – насквозь,
лик – обветренный.

А потом, вне суеты
и непафосно, –
говорит: «Давай «на ты»!
Кровь однá у нас!..»

У меня ж – «щелчок» внутри,
голос врóде как:
мол, «Меж нами – двадцать три
года-гóдика».

Как взлетел Вильям седым
буревестником!..
В общем, так Вильям моим
стал ровесником.

А на ужин – коньяка
вместе с сáлом мы!..
Свою книжку «Год Быка»
подписáл он мне.

…Шёл по Омску – «в доску свой»!
Но запомнилось,
чтó в глазах-очах его
грустью полнилось:

«Нет, не дал ты мне пропáсть,
«город-каторга»,
хоть и был порой – как пасть
аллигатора.

Жаль, вопрос, что плавит мозг,
все профукали:
кто ты, что ты, город Омск?
Счастье, мýка ли?..»

(…Струн гитарных перезвон –
словно радуга.
Стынут записи его
в фондах радио…).

…Ветром книжку «повело»
(листы – веером),
что написана светло
Сашей Лейфером;

адресованная – нам,
тем, кто мается
(книжка – просто: «Мой Вильям»
называется).

2

Время – кадрами кино…
Сколько нервного!
Двадцать первый век – давно,
двадцать пе́рвый век.

В послепраздничный бокал –
слов падение.
Двадцать первый… Год Быка…
Совпадение…

Но тревóжным слово «ТАМ»
стало будто бы…
«Просыпался капитан,
глаза-буковки…».

Громко чайки поутру
хороводятся!
…Авторучка дрогнет вдруг –
и выводится

хореической строфой
(а не ямбом) клич:
«Как ты ТАМ, наш дорогой
Вильям Янович?

ТАМ немереных трудов –
тоже вóз, поди?
ТАМ, где Толя Кобенков,
Солнцев... Господи!..».

И Вильяма голос-гром
слышу истовый:
«Ты тоской себя не гробь!
Небо – чистое!..

Так что ты, браток, держись,
гляди весело!
Не такие, брат, моржи
усы весили!..».

…«Эх, всё будет хорошо!» –
стонут чаечки.
…Двадцать пятый год пошёл,
как отчáлил ты…

---

Озолин Вильям Янович (1931-1997) родился в Омске в семье писателя Я.М. Озолина. Плавал матросом в низовьях Оби, участвовал в поисковых экспедициях геологов в горах Тянь-Шаня, работал журналистом на Ямале. Начал печататься в омских периодических изданиях в начале 1950-х. В начале 1960-х работал на Омском телевидении, был корреспондентом районных газет на Крайнем Севере. Окончил Литературный институт им. А.М. Горького под руководством Ильи Сельвинского. В 1972 году уехал из Омска в Читу, с 1980-го — в Барнауле. Член Союза писателей СССР с 1967 года, Союза журналистов РФ. Автор повестей «Крюкова Север знает», «Чёрные утки», «Бирюзовая серёжка», поэтических сборников «Окно на Север», «Песня для матросской гитары», «Чайки над городом», «Год быка», «Белые сады» и др.). В августе 2011 года в Омске на бульваре Мартынова был установлен памятный (закладной) камень В. Озолину.

---