Ленин в моей жизни

В Алма-Атинском ИНХ, теперь это КазГЭУ, в конкурсе студенческих научных работ я занял второе место. Первое – умница, красавица, комсомолка, казашка… Я конечно, посчитал, что несправедливо, и страшно обиделся, что мне достался всего второй приз, причем отличный фотоаппарат, 72 кадрика, первый в моей жизни. Но за первое место полагалось полное собрание сочинений В.И. Ленина, 55 томов!!! Понял я тогда, что в Казахстане с национальными кадрами конкурировать становится всё сложнее, и в аспирантуру поступал уже в Омске.

Когда я вышел на защиту кандидатской, свирепствовал Кирилов-Угрюмов, количество советов резко сокращалось. В Москве, в Тимирязевке, где я собирался защититься (Тимирязевка потом на защите стала моим ведущим предприятием) очередь больше двух лет. А в моей Альма-матер меня помнят и охотно согласились в разумные сроки предоставить мне место защиты. Да, забыл признаться, что до этого мне пришлось снять диссертацию с защиты в Новосибирске, ибо то, что я защищал, противоречило линии партии на тот момент. А я овен, это козел такой, с винтовыми рогами, упёртый.

И вот в Алма-Ате мою судьбу решает мой любимый педагог, руководитель моей дипломной работы, рекомендовавший меня в аспирантуру. Всё говорил мне: Нейман, у тебя мозги настоящего ученого. Прекрасной души был человек, Пётр Григорьевич Тимофеев. Один день пытался переубедить меня, что партия не может ошибаться. Второй день шесть часов спорим. Отец родной так бы со мной не возился. Всё мне всякие эпизоды из своей жизни рассказывал. А я ему доводы. Понимаю, что надо закругляться, и уже без всякой надежды говорю последний довод: Да вот и у Ленина, том такой-то страница такая-то, говорится – и: цитата из Ленина.

Хмурым из-за моего упрямства стал уже Пётр Григорьевич. Ладно, говорит, приходи завтра к девяти.

Понимаю, сегодня уже поздно. Завтра придется забрать диссертацию и ждать очереди в Москве. Там наука еще не стала такой подстилочной под линию партии. Но… Впереди два года, а то и больше, на 140 рублей в месяц. Жена из дома выгонит.

Утром прихожу весь грустный к Петру Григорьевичу. Уважаю таких, неподкупных, молюсь на них, но мне-то от этого не легче.

А Пётр Григорьевич встречает меня, радостный такой: «А ты знаешь, правду сказал, посмотрел я у Ленина. В самом деле у него такая цитата есть. Вот мы подумали тут, на июнь у нас окно появилось. Можешь рассылать автореферат».

Вот и думаю, какую же всё-таки роль, хорошую или плохую, сыграл в моей жизни В.И. Ленин?