Ляля Помидорова

Мужчины, это-да. Это сила. Непонятная, правда.

Это Сибирь. Детка. Она вся из парадоксов. Здесь всего вдоволь. Двойные сплошные так занесены снегом, что неизбежно становятся прерывистыми или исчезают, вовсе.

А тут мы, значит — немец, киргиз и еврей, как персонажи анекдотов, собрались как-то и дурака валяем. Полируем свою беспросветную бесшабашность.

Стою в очереди. За углем. Я сжимаю мой кошелек в руке и пою про себя ободряющее (Томатос чёт занемог, наверно, съел что-нибудь): «... А значит нам нужна одна победа, одна на всех. Мы за ценой не постоим...»

Никогда водители паркетников не вздыхают грустно. Не лижут ваше лобовое стекло розовыми языками. И у ни одного из них нет таких огромных печальных глаз с трепещущими ресницами. Я не говорю уже о ярко-зелёных бирках в ушах, с указанием имени, даты рождения и веса. А жаль. 

Я буду держать себя в руках и изображать спокойствие. Но я буду беспокоиться, тревожиться и обмирать при малейшем твоём писке или твоём отсутствии.

Мне фруктовое игристое напомнило о временах, когда радости было столько, что тебя самого нужно было бы заливать в бутылку толстого тугоплавкого стекла, чтобы не рвануло... да. И мне захотелось написать о парнях.

Певица и жил-был художник один. Так началась их история. Потом он спился... 

Продолжаю наблюдать людей и их удивительные характеры.

А было у меня ещё одно высокодуховное пальто. Сейчас расскажу, почему «было».

А у меня эта... агорафобия. А мандарины манят, влекут. И какие-то злые разукрашенные клоуны объявляют, что вон там эти (да, вот эта вся огромная куча ящиков) цитрусовые сегодня будут стоить 39 рублей за килограмм против обычных 149-ти.

Ну как же это пОшло... В семь утра, в субботу. Какая-то аварийка... Лужи эти на столах и на полу. Эта горячая вода с потолка. Эта прокисающая и свисающая отовсюду штукатурка. Этот незамысловатый, но такой ресурсный соцкультбыт...

В гастрономе очередь за роллами. Ясен пень, романтика: день влюблённых, свечи, праздничное питание, напитки, розовые лепестки и дальше, как сложится... да хоть бы и сложилось, вот у всей страны, взяло бы — хоп! И сложилось бы.

Подробности последних часов пребывания Муси на бренной земле, расписанные по минутам, естественно.

Натыкано пальцем по клавиатуре смартфона, без использования блокнотов и черновиков. Авторская орфография, причудливая пунктуация и сомнительные речевые конструкции сохранены.