«Но юность вольная сильна...»

Актёр Евгений Власов не обижен главными ролями в своём театре, но, видимо, творческому человеку всегда хочется большего, вот он и решил претендовать на стипендию Правительства РФ с заявкой на создание спектакля по произведению своего любимого поэта. Идею оценили по достоинству, и проект был поддержан. А теперь он осуществлён. Пятьдесят первых зрителей были на сцене и вместе с актёрами погружались в поэтику Лермонтова.

Да, режиссёр Егор Витько предложил, вроде бы, камерную площадку, соединяющую всех присутствующих, но большое пространство зрительного зала было рядом, оно прекрасно ощущалось, и это не случайно. Так человек чувствует себя в горах, находясь, скажем, на небольшом плато, но видя бесконечность горных вершин и синих небес. А для проживания истории умирающего послушника монастыря, затерянного в горах Кавказа, это очень важно.

Поэма Лермонтова — это монолог юного послушника, «мцыри», которому несколько проведённых на воле дней дороже всей жизни. Но эта постановка — не моноспектакль Евгения Власова. Не видим мы и старика-монаха, которому мцыри рассказывает о вольных днях своей жизни. Но почти сразу напротив героя появляется девушка. Одета она так же, как мцыри: серый кафтан, похожий на монашескую рясу, но подпоясан широким поясом, как принято на Кавказе. Этот красный пояс выдаёт страстность натуры мцыри. А девушка с тугими, как принято у грузинок, косами не только слушает мцыри, но и, порой, продолжает его монолог, вплетая в него то утвердительные, то вопросительные интонации: словно бы провоцирует мцыри на абсолютную откровенность. Выходит, это его диалог с собственной душой, собственными мечтами, собственными чувствами. И из словесного этот диалог, бывает, переходит в пластический под протяжные грузинские напевы. Актриса Анастасия Загоруй вполне убедительна в такой необычной роли.

Ещё один участник спектакля — Даниил Курков — появляется, когда мцыри рассказывает о схватке с могучим барсом. Да, на нём маска зверя, но в остальном он выглядит так же, как мцыри, только кафтан — с газырями, а в руках — кинжалы. Этот зверь — настоящий воин, и даже в схватке соперники, «обнявшись крепче двух друзей», уважают друг друга. Нельзя не отметить, как танцовщик Даниил Курков мастерски владеет кинжалами в сложном пластическом рисунке. Так и хочется, видя это оружие в нескольких сантиметрах от собственных глаз, закричать: «Верю! Верю!».

Да, зритель находится в такой близости от героев, что внутренне откликается на каждое их движение. Здесь возможен контакт с актёром взглядом, а можно ощутить на щеке брызги воды, ведь «струи Арагвы и Куры» здесь тоже есть. И пусть водоём весьма условен — вода-то в нём настоящая. «И жадно я припал к волне», — это не фигура речи, это происходит по-настоящему. А когда мцыри говорит: «Ты слушать исповедь мою сюда пришёл, благодарю», — зрители согласно кивают, а кому-то он, и правда, с благодарностью жмёт руку.

В результате зрители проживают историю мцыри и вместе с героями, и вместе друг с другом. Интересный опыт. И здорово, что Дом актёра и СТД поддержали этот эксперимент «юности вольной», предоставив свою сцену. И дело здесь не в возрасте создателей спектакля, а в том, что и они, и те, кто их поддержал, юны душой, а «юность вольная сильна», как сказал поэт.

 12+

_{Оригинал на странице автора ВКонтакте.}