Вера и Юра

Вера

Думаете, у вас есть право на самоопределение, если ваша мама — преподаватель по вокалу в консерватории, а папа — дирижер? А вы, например, миловидная, голубоглазая, кудрявая девочка в манишке и с бантами, и вас зовут, например, Вера. Или Надежда. Или Любовь. Ага.

Но настаёт ваш беспощадный пубертат и вы восстаёте против системы. Вы рвёте ноты, забиваете на сольфеджио, рвёте джинсы, бреетесь наголо и, закинув на плечо этюдник, идёте в художественное училище. Фигня, что у вас определённый родителями дар и путь. Вы хотите общагу, портвейн, делать наброски обнажённой натуры, любить длинного парня в грязной растянутой футболке, курить и слушать King Crimson. Вы красите психоделические картины и вы почти завшивели в этом своём рваном и грязном свитере, который связали собственноручно из бичевы и сизали. Вас не найти с фонарями, когда вы путешествуете по впискам в вашем, например, Екатеринбурге. Родители в обмороке. Вы всё понимаете, но помочь им ничем не можете.

На последнем курсе училища вы одновременно взрослеете и вспоминаете, что у вас сопрано. Мама замирает. Папа обмахивается партитурами и держит пальцы крестиком, даже когда дирижирует.
Вы после прослушивания блестяще сдаёте экзамены и поступаете в музыкальный институт, в другом городе. Ваш факультет известен выдающимися выпускниками типа Хворостовского. Ваши соученики все сплошь из хороших семей, читают русскую классику, слушают классику, распеваются по утрам и моют ноги перед сном. Но у вас остаётся привычка к портвейну, джаз-року и нечёсанным парням. 

Ваш организм оказывается в непростой ситуации, но ваш вокальный талант очевиден для всех, а ваш преподаватель говорит о редкой окраске вашего голоса:
— Вера! Ты же у нас художник? Спой нам эту ноту так, как будто это цвет? Какой это цвет, Вера?
— Я спою вам виридоновую зелёную — выпендриваетесь вы и поёте. И весь класс узнаёт, как звучит виридоновая зелёная.

Вечерами вы бродите по общаге, населённой музыкантами, художниками и актёрами. Ваши ноги несут вас туда, где накурено, где разливают портвейн, спорят о Кандинском и слушают King Crimson.

Юра
Вы одарённый малыш из российской глубинки. Ваши мама и папа трудятся на пимокатной фабрике, а вы рисуете углём на беленых известью стенах вашего дома. Родители белят. Вы рисуете. Родители дают затрещину вам и снова белят. Но вы не сдаётесь, рисуете. Ибо это сильнее вас. Родители недоумевают, негодуют, потом сдаются. Покупают вам альбом и акварель. Ваши рисунки побеждают на областном конкурсе «В каждом рисунке солнце». И вас забирают сначала в поселковую художественную школу, а потом в московскую специальную художественную школу, единственную в стране - для особо одарённых детей. Родители недоумевают, горюют, но отец даёт отмашку и вы уезжаете на долгих восемь лет в столицу, чтобы стать Настоящим Художником.

Вы не знаете жизни, ни до, ни вовремя, ни после школы. Вы замкнуты, вас интересует только изобразительное искусство. Вы пишете и рисуете практически круглосуточно, вы протерли до дыр паркет в музеях, вас оттуда калачом не выманить. Ваши идеалы Репин и Серов. Ну ладно, ещё Саврасов и Иванов.

Но вот приходит время поступать в Академию художеств, и вы внезапно даёте задний ход. Вы собираете рюкзак и уезжаете в Сибирь, чтобы учиться живописи там, где родился Василий Суриков, ваш новый кумир. Вы хотите знать жизнь. А где настоящая жизнь? В Москве? В Питере? Нет, она в Сибири. Там, где течет Енисей и, что там?... гора?... до звезды достаёт. Где всё, что поддаётся осмотру, достаёт до звезды. Ваш очень запоздалый пубертат настигает вас именно таким образом. Вы идёте в народ, потому что сами из народа и читаете Шукшина и Платонова на манер Библии.

Вы взъерошенный, застенчивый юноша. Вам сложно общаться со сверстниками. Точнее, решительно незачем. Вы хотите найти «зерно жизни». Вам некогда жить впустую. Вас зовут Юра. Здрасьте.

Вы выходите на кухню, в общежитии, чтобы помыть кастрюльку и встречаете Веру, будущую оперную певицу и бывшую художницу. Но бывших художников не бывает.
Такие дела.
Они оказываются друг напротив друга. Непреодолимая сила, что правит миром, бросает их в объятья друг друга.
Вера причёсывает, моет и обнимает Юру.
Певица и жил-был художник один. Так началась их история.
Потом он спился.
А она уехала в Италию, потому, что её сопрано там оказалось тем, что там искали.
И всё.

_{Оригинал в Телеграм-канале автора.}