Ольга Савельева

Семья — это «МЫ». За «МЫ» иногда не видно «Я». А сейчас время такое, когда нам как будто разрешили заметить это «Я». Как там «Я»? Что чувствует? Счастливо ли?

Простите меня, тетьЛид. Я понимаю, вы мама. Вы учите ребенка кататься на велосипеде, и 33 года бежите рядом, держа его за седло.

Люди хотят разгадать причины нашего развода, потому что внятно я ничего не объясняла, и домысливают. Они решили, что причина — мои гастроли. Я же часто езжу, мужа бросаю одного, и вот он, развод — тук-тук-откройте.

Жизнь — это почти высшая математика, а любовь — пример с огромным количеством неизвестных и переменных. А ты в ней — ребенок с кульком конфет...

... так говорили мне в детстве. Если честно, говорили только вторую половину фразы, первую я сам придумал, чтобы было не так обидно.

У меня была очень мудрая бабушка.

Мне казалось, что молчать гораздо проще, чем говорить. Ведь, чтобы говорить, надо обладать широким кругозором и талантом рассказчика, а чтобы молчать — ничем обладать не надо. Молчи себе и всё.

На одном из моих выступлений у женщины с последнего ряда все время звонил телефон. Она торопливо отвечала на звонки, наклонялась, чтобы не привлекать внимания, прикрывала рот ладошкой и говорила шёпотом, но это всё равно мешало.

Я не советую терапию, я советую взрослеть. Взрослый осознанный человек не отрицает проблемы, не сбегает от них, не сопротивляется, а решает их.

Вся наша жизнь — в каком-то смысле, охота на счастье. Поэтому так важно, чтобы нашей жизни было побольше того, что радует. 

Муж Милены болен раком. Давно и серьёзно. 

Иногда я пишу то, заказал клиент, иногда я пишу то, что заказало сердце. И всё это гармонично развивает меня как личность и помогает сделать содержимое той кастрюльки с талантом наваристым и вкусным.

— Мне нужно скинуть 400 грамм, — сказала она. Я с готовностью засмеялась, думала, шутит. Но нет.

Я не знаю, как правильно помочь. Запуталась. Я не понимаю ничего. Где грань между «помоги» и «навреди»?

Ксюша влюбилась. Страстно и увлечённо. Это когда не можешь есть, а дыхание сбивается от невозможности вместить столько счастья.