Хочется жить свою жизнь

Анина кошка залезла на очень высокое дерево. Всё вышло случайно, никто и опомниться не успел: ребенок играл и открыл дверь, кошка выбежала в подъезд, а там была соседская собака, которая напугала кошку, и та с перепугу бегом на улицу и сиганула на дерево. Аня обожает свою кошку всем сердцем. Холодеющими от ужаса пальцами Аня набрала МЧС.

— Кто застрял на дереве? Кошка? Нет, мы не выезжаем на такие вызовы, — ответили ей.
— А на какие выезжаете? — выясняла Аня. — Кто должен застрять на дереве, чтобы вы приехали?
— Ищите альпинистов, — подсказали Ане. — Они снимают кошек.

Аня погуглила и выяснила, что у промышленных альпинистов и правда есть такая услуга «Снять кошку с дерева». Она стала названивать альпинистам, но все, как назло, были заняты и где-то далеко. Вокруг дерева собрались люди, которые, задрав головы, кричали кошке: «Кис-кис-кис». Кошка орала от страха где-то на верхушке тополя. Ей было очень плохо, очень высоко и очень страшно, но спускаться она отказывалась. У Ани от безысходности родился план: самой залезть на дерево и вызвать МЧС.
Если кошка залезла, они не приезжают, а если молодая женщина? Приезжайте, снимите Аню, ну и кошку заодно...

Меня всегда успокаивала мысль, что у любой проблемы есть много решений.
Мы выбираем то, что можем себе позволить, исходя из нашего характера, количества сил и возможностей, но по факту, надо понимать, что решений было много. Просто из всего многообразия мы выбрали одно-единственное — наше, которое максимально про нас. Когда я писала сценарий своего будущего фильма (пока нет новостей, чтобы похвастать, но я не теряю надежды), то там была сцена, где взрослая дочь эмоционально ссорится с мамой. Я эту сцену хорошо могла бы описать, драматургически раскрыв характеры обеих героинь, потому что я её прожила много раз. И тут мне мастер курса наш, где я училась, говорит:

— А почему они ссорятся?
— В каком смысле? Вы имеете ввиду «про что»? — я не поняла вопрос.
— Нет, я понял про что, я имею ввиду, почему дочь или мама просто не уйдут? Зачем они ссорятся, потом опять ссорятся, и опять потом ссорятся...
— Ну, уйти не так-то просто...
— Почему? Там заперто? Ключ потерян? Дверь замурована? Они прикованы кандалами?
— Нет, там на улице снегопад, и поэтому...
— И занесло дом?
— Нет, не занесло. Это многоэтажка в спальном районе... Просто кто же уходит в снегопад?
— Тот, кто не хочет ссориться. Если человек хочет прекратить ссору, он говорит: «Давай, пожалуйста, закончим, мам, а то я уйду». И если ссора продолжается против его желания, то человек уходит. В снегопад. В дождь. В бурю. В извержение вулкана. Знаешь почему? Потому что... может.

Да. Это правда. Мы с мамой ссорились, потому что хотели ссориться. А не потому, что снегопад замуровал возможности для отступления. Ссора — это энергия, мы были связаны ею, как варежечки резиночкой, и если мы уходили в снегопад достаточно далеко, то невидимая резиночка возвращала нас друг к другу. И не уйти — это выбор.
Как бы сложно это ни было признать.

Хотя правильнее было уйти и лишить огонь ссоры кислорода. Если высосать из неё все обидные слова — ссора потухнет, но мы с мамой так не делали... Мы обжигались, страдали, но продолжали подкидывать в ссору сухие поленья аргументов. Мы принимаем то решение, какое можем принять в пекле боли. А потом, оценивая его через время из другой точки, видим, что были и другие варианты... Но в эту другую точку нас привела именно последовательность наших выборов и решений. Иногда мы как кошки на дереве — нам плохо и страшно, но мы остаемся там, где нам плохо и страшно. Потому что перемены — это риск покалечиться обстоятельствами ещё сильнее.

Мастер сказал для сценария придумать ситуацию, при которой люди реально не могут никуда уйти. Варежечки как бы без верёвочки, но почему-то вынуждены находиться вместе, и ссора вспыхивает именно из-за невозможности никуда сбежать. Было сложно придумать такую ситуацию, где выбора нет, но я смогла. И то, по факту там выбор был, конечно, но такой... без выбора. Пока не раскрываю секретов, ибо не оставляю надежду на фильм.

Анину кошку с дерева достал альпинист, которого сначала из-под земли достала Аня. К сожалению, кошка вырвалась в момент спасения (потому что для кошки этот момент совсем не выглядел спасением), упала с большой высоты, и повредила лапку. Потом её оперировали, но сейчас всё уже хорошо, на ней всё зажило как на собаке. Если бы кошка умела рефлексировать, интересно, она пожалела бы об этом приключении и предпочла бы, чтобы его не было? Или наоборот — пусть будет, есть, что вспомнить... Это же самое яркое событие в будничной жизни домашней кошки. А ещё я думаю, что спасение часто не выглядит спасением, наш выбор часто не выглядит именно нашим выбором, а люди не выглядят хозяевами своей судьбы. Скорее наоборот: будто судьба надела их на руку, как в кукольном театре, или посадила на колено, как чревовещатель, и говорит их текст сжатыми губами. А хочется жить свою жизнь. И для этого взять на себя ответственность за свой ежеминутный выбор и за свои ошибки.

Я часто думаю, что было бы, если бы я поступила иначе, и всегда в конце говорю себе: «Не трать время, мы этого никогда не узнаем...»

На фото — рентген кошки, которая пережила полёт с тополя и повредила лапку. Но всё хорошо уже у пушистой хулиганки.

_{Оригинал — на странице автора ВКонтакте.}