Не обязательно нравиться и быть удобной. Меня не уволят

Ко мне пришёл заказчик за текстом — нужна реклама пятновыводителю. Он, создатель продукта, хочет её в соцсетях сотрудников разместить (вот тут я уже немножко обалдела, что начальник может влиять на контент подчинённых, но моего мнения никто не спрашивал). Я называю стандартную цену текста. Заказчик сразу соглашается. Отлично, высылаю договор, пишу:

— Присылайте техзадание: что должно обязательно прозвучать в рекламе, какие главные тезисы.
Он:
— А давайте созвонимся?

1

При заказе текста созвон — не очень эффективен. Тем более, когда товар — вот такой... ну, понятный. Это же не какой-то стартап или проект, который «в двух словах и не объяснишь». А в данном случае мне нужны основные тезисы про продукт (ну вдруг он уникальный или в составе что-то необычное), а дальше я сама. Я пытаюсь это объяснить заказчику, но он вопреки моим аргументам настаивает на созвоне. Ну хорошо, иду навстречу — созвонились.

Заказчик сначала перечислял мне эпитеты, характеризующие его пятновыводитель. Я записывала. Всё это было похоже на диктант, и совсем не понятно: почему нельзя было это просто текстом это прислать? Потом мы обсуждали текст. Но так обсуждали, как будто мы не партнёры, а я — подчинённый заказчика. Я предложила в будущей рекламе зайти через историю: сторителлинг отлично продаёт. Но заказчик сказал, что нет, давайте лучше красиво опишем товар.

— Ну если вы знаете, как лучше, зачем вам я? — хотелось съязвить мне, но удержалась, конечно. Токсичные коммуникации — точно не залог успешного сотрудничества.

Я успешно прятала раздражение от того факта, что заказчик вообще меня будто не слышал.

— Никто не будет читать длинный текст, — проинформировал он меня.
— Смотря какой, — ответила я. — Мой будут.

(В этом месте прошу восхититься мышцами моей самооценки. Всего-то несколько лет терапии — и я выговариваю эту фразу без запинки, уверенно).

— Я напишу интересно, люди захотят узнать развязку, я умею удерживать внимание. А вот прилагательные через запятую — это почти гарантия, что на втором-третьем можно потерять читателя, — продолжаю я пояснять заказчику неочевидные ему очевидности.

На самом деле, созвон получился эффективный: выяснилось, что мы с заказчиком друг друга совсем не поняли. Он заказал текст, и я собиралась написать ему текст. А он решил почему-то, что написанный текст я размещу в своих соцсетях. Как и его подчинённые. А это уже полноценная реклама. А я не беру чужих реклам. Заказчик пытался меня убедить всё же дать им рекламу в моих соцсетях по стоимости текста. Говорил, что у них классный продукт, и что «мы вас точно удивим», и «сейчас время такое... надо друг друга поддерживать», а ещё вот это: «мне сказали, что вы добрая».

2

Я умею видеть манипуляции и умею им не поддаваться. Я предложила остаться в рамках договоренности о тексте, что никак не делает меня злой. Но он немного обиделся, ответил, что бюджет, который я хочу взять только за текст, это весь их бюджет за рекламу. А они, на минуточку, «щупали рынок». Это тоже манипуляция. Типа: «Ты не охренела ли». Но нет, я не охренела. Сейчас век искусственного интеллекта, текст можно создать и бесплатно. Люди приходят ко мне за моей энергией, подачей и моим опытом. И я продаю не текст, а именно своё время и свою энергию. И на меня большой спрос, потому что я пишу тексты много лет, 14 из которых публично. Поэтому — нет, простите, я не поддамся. Но заказчик снова не услышал моего нет.

— Может, пришлю Вам попробовать? — пишет.
— Не стоит, я не даю реклам.

Но он не отступился.

Я кидала ему договор, который мы бы заключили, если бы договорились, и там, в договоре, был мой адрес. Он отправил для меня на ближайший СДЭК посылку с упаковкой пятновыводителей.

— Это подарок, — написал он.
— В честь текста, которого не было? — пошутила я. — Спасибо.

Пересылку подарка оплатила, кстати, я. Но это не проблема, конечно. Моя дочь как раз испачкала розовую футболку шоколадом. Я решила испытать пятновыводитель. Постирала футболку. Шоколад отстирался, но не полностью. Контуры пятна остались.

— Ну как вам наш продукт? Попробовали? — спросил заказчик, который так и не стал заказчиком, через неделю.

Я поняла, что подарок был не просто подарком, а таким... промо-подарком. Его роль — меня удивить, чтобы я сказала заказчику: «Это чудо, а не пятновыводитель! Он и с зебры пятна отстирает. Давайте я отрекламирую вас бесплатно. По стоимости текста! А лучше и вообще бесплатно. Хочется быть причастной к чуду».

Я такое не люблю. Я что, в глазах заказчика, такая недалёкая тётенька, что не пойму этой его задумки? Да и пятновыводитель немножко не до конца справился, если честно.

— Хороший, — отвечаю я, потому что всегда надо начинать с похвалы. — Но эскимо с футболки не отстирал.

3

И тут заказчик говорит обиженно:
— Ну а что вы хотите от пятновыводителя за 300 рублей?

Я хочу от пятновыводителя только одного: чтобы он пятна выводил. В целом, больше мне от него ничего не нужно. Если это стоит дороже трёхсот рублей, то лучше сделайте дороже. Но важно, чтобы пятен не было. Странно гулять в футболке с пятном недостиранным и пояснять всем: «Ну просто пятновыводитель всего за 300 рублей был». По тому же принципу я от соковыжималки жду выжатого сока, а от кофеварки — сваренного кофе. И от собеседника я хочу, чтобы он меня слышал. Не только себя, но и меня.
Чтобы это была со-беседа. Потому что в основе вдохновенной коммуникации лежит вот это взаимо-слышание. А иногда в коммуникации возникают кляксы недопонимания, и их можно отстирать эмпатией, как вариант, и готовностью к компромиссам. Но это если захотеть.

Зачем я это пишу.

Сторителлинг, дорогой заказчик (а вдруг он прочтёт?), — классная вещь. Вот, например, это очень длинный текст, но люди его дочитали. Если бы это была реклама, то вот тут была бы ваша ссылка.
Но это не реклама. И ссылки нет.

— Вы, конечно, странная, — сказал на прощание заказчик.
— Спасибо за мнение, — вежливо ответила я, а сама подумала: «Не оправдывать чужих ожиданий — это не обязательно странная».

Просто я почти научилась себя ценить, не поддаваться на манипуляции и в коммуникации очень ценю возможность быть услышанной. В плане самооценки это, знаете... как из зыбучих песков выйти на твёрдую почву. Пока не верится, что можно стоять спокойно и каждую секунду не бояться утонуть в самоуничижении. Как прозрение прям: я не должна выполнять указания людей вокруг, потому что люди вокруг — не мои начальники. Я хочу с ними партнёрских отношений и не обязана делать всё, чтобы им понравиться. Не обязательно нравиться и быть удобной не обязательно. Меня не уволят. Я выбралась на плато этой мысли и стою. Ноги дрожат пока, но стою. Надеюсь, зыбучие пески позади. Вот такая я странная.

 

_{Оригинал — на странице автора ВКонтакте.}