Я нашла, куда деть боль

Уже не вспомнить черт лица,
но постоянно
Ты задеваешь тень кольца
на безымянном...

Каждый раз, дочитывая книгу, я спрашиваю себя: «Что я забираю из нее с собой, что в ней самое важное для меня?» Потому что книг впереди много (ну, я надеюсь, что много), а память – не резиновая. Начну читать новую, и прочитанное ранее станет бледнеть в памяти, потому что новая информация станет затмевать старую. Важно зафиксировать самое ценное.

1

Вот вчера дочитала одну книгу...

Честно? Даже не помню, откуда она у меня взялась. Обычно мне редакция присылает на рецензию кипу книг, но эту мне не из «ЭКСМО» прислали, а сам автор. Просто она написала: «Оль, можно я вам свою книгу пришлю?» Я вежливо ответила: «Да, конечно», а потом уехала на гастроли и забыла. И книга пришла без меня. Даня её получил и подложил в стопку книг, которые мне предстояло прочесть.

По стечению обстоятельств, издана эта книга в моем издательстве «Бомбора». И когда я прочла книгу и написала в редакцию, мол, ребята, какая нежная книга, спасибо, они мне ответили: «Ой, а откуда она у тебя? Мы не отправляли». Получилось, что книга тайком прокралась ко мне и оказалась в моих руках в нужный момент.

Там история одной женщины. Она... Ну, как это бывает? Однажды приехала в другую страну, влюбилась в нее, мечтала там жить, но переехать повода не было. Никто ж не переезжает вот просто так. А потом вдруг как гром среди ясного неба случился тот самый повод: её предал муж. Жестоко. Цинично. И она – с четырьмя детьми! – просто сбежала. Потому что оставаться там, где каждая вещь кричит и напоминает о семье, было невозможно.

(Действие, кстати, происходит ещё до пандемии – какое-то невероятно далёкое «до»).

Первое время ей было не до чувствования. Сама она переехала, а эмоции нет, они немного отстали. Некогда рефлексировать в моменте, нужно искать, где жить, на что жить, разбираться с детьми, школами, садами, работой. Но потом, когда жизнь более-менее утряслась... Чувства её догнали и накрыли! Эта тоска по бывшему родному человеку. По тому, каким он был... хорошим. Психика коварна – она подсовывает только светлые воспоминания: вот они смеются с детьми, вот он укутывает её пледом, вот он о ней заботится...

И тут психолог (а она пошла к психологу, потому что не могла себе позволить не справиться) спрашивает её:

— Расскажите, как вы себя чувствовали рядом с ним?

2

И я читаю и сразу проваливаюсь в свою сессию, ровно такую же, ровно по тому же поводу, ровно с теми же вопросами и... ответами.

— Защищённой, — отвечает она. Но как будто я. Я ответила в своё время также.

— Всегда? Даже когда он выгнал вас с детьми на мороз? Или когда сломал вам руку?..

И героиня отвечает фразой, которая вошла в меня, как нож, фразой, которую я унесла с собой как главную мысль из этой книги.

— Одна правда не отменяет другую.

Вот оно. Самое сложное в разводе – удержать в голове обе правды. Что один и тот же человек был и источником острого счастья, и источником острой боли. Как это вообще возможно? Как тот, кто так бережно гладил твои волосы, любил твой запах, играл с детьми, а потом мог творить что-то страшное, и эти противоположные действия нужно как-то вместить в образ одного и того же человека.

А ещё там была потрясающая фраза про боль. Будничная такая, думаю, автор написала её и не придала значения даже. Она написала, что после переезда ей «сначала надо было куда-то деть боль». То есть боль — она как вещь в дорожной сумке. Вот в этом пакете косметичка — разложи её на прикроватной тумбочке, тут зубная щётка и шампуни — их нужно заселить в ванную, а вот тут — боль... Её тоже надо куда-то деть. Куда? Сначала ты засунул её на антресоли памяти – мол, потом разберусь с ней. Но рано или поздно придётся ее достать. И прожить. Иначе никак. Иначе она выпадет в самый неудачный момент и обездвижит твою душу.

У автора там, в книге, ещё было четверостишие про след от кольца...

Уже не вспомнить черт лица,
но постоянно
Ты задеваешь тень кольца
на безымянном...

О Боже. Опять про меня. У меня такая кожа — я мгновенно впитываю загар и никогда не сгораю. Прямо вот прошла по солнечной стороне улицы — всё, готово, как в солярий сходила. И загар у меня стойкий. Часто зимой меня спрашивают: «Где отдыхала?», ибо я выгляжу так, будто только что вернулась с югов. А я в июне на Балтику сгоняла — и больше нигде не отдыхала, просто загар прилип намертво. И 21 год у меня жило кольцо на пальце, и палец логично не загорал в том месте. А когда я сняла кольцо — для меня это был важный, решающий момент, осознание, что это точно конец, и больше никогда, — то вот эта бледная полоска на пальце так сильно меня раздражала, что я постоянно непроизвольно тёрла этот палец, будто пытаясь сравнять белую кожу и загар. Я представляла руку под солнце: «Загорай! Ну, загорай!» — а он нет. И так удивительно, что даже спустя год, ну, мне так казалось, у меня там, где было кольцо, кожа так и осталась бледнее. И я не понимала, как так может быть, и когда уже сравняется всё, и перестанет напоминать.

Я прочла это четверостишие и посмотрела на свою руку. Ровный загар — и никаких следов кольца.

3

Прошло. Слава Богу.

Я не скажу, чем закончилась книга Ирэны Квасневской «Старый дом на краю счастья». Считайте, что это была рубрика «Обзираю через З». А то в последнее время мне попадались книги, о которых не хотелось писать. А эта отозвалась и тряханула душу.

Кстати, я нашла, куда деть боль. Нужно поместить её в коробку «Благодарность», где хранятся теплые воспоминания о прошлом. Там боль растворится, как соль. Не сразу, но со временем...

 

_{Оригинал — на странице автора ВКонтакте.}