Левая нога омского совриска

Город плавился и задыхался. В выставочном зале музея «Искусство Омска» сначала была прохлада, которую умеют хранить старые кирпичные дома, но потом начался аншлаг, и тоже стало нечем дышать.

1

«В Омске сложилась своя неповторимая художественная жизнь, музей, который старается её понять, показать, изучить, сохранить… Музей «Искусство Омска» не мог оставить без внимания след, который оставляет «Левая нога» в художественной жизни, и пригласил галерею в гости», - написал в пресс-релизе выставки ее куратор Евгений Груздов.

Хотя, может быть, писал и не он, но все равно верно.

Открытие выставки-ретроспективы событий в «Левой ноге» оказалось популярнее, чем любая из экспозиций маститых авторов, которые бывали в зале на Декабристов. Причем его посетители были эффектнее художественных экспонатов: в цветных тату по всему телу, оголенному из-за беспощадной сибирской жары, в бородах, в очках, с рюкзаками и айфонами, хором постившие в инстаграм, дамы – в метущемся шифоне или в шортах и с обалденными ногами… Хотя вела себя публика прилично, как и положено на высококультурных мероприятиях. Ходила по залу, рассматривала произведения художников «Левой ноги»… даже, можно сказать, втыкала – потому что в эту ядерно-ядреную смесь примитива, панк-арта, абстракций и символизма можно только втыкать, бормоча про себя: «Это ваще чо?». Но на публику – интеллигентный вид и симуляция понимания месседжей, которые транслируют художники.

Народу – много, знакомых – чуть. Самый знакомый – Игорь Федоровский. Он сначала стоял в том углу, который уделили цитате из экспозиции «Распад», и сообщал всем, что глаз на афише – это его глаз, и все в этом могут убедиться. Игорь рисовать не умеет вообще, он – поэт, художница – его жена Полина Заремба. Но им интересно вместе, а синкретизм слова и изображения – тема известная. Поэтому Игорь с удовольствием предоставляет свои стихи, глаза и другие детали экстерьера для использования в художественном творчестве Полины. Потом, после того, как выставку официально открыли, он стоял посреди зала и читал стихи. Уже начавшие шалеть от духоты посетители смотрели на него, как на один из элементов экспозиции.
Хозяин площадки Евгений Груздов скромно прятался по углам, хотя то, что модное безумие новой волны омских молодых вытащили на музейный уровень, - по большей части его заслуга. Вытащить-то он вытащил, но, похоже, смотрел на происходящее с любопытством ученого-экспериментатора, не уверенного в том, что реакция будет оставаться в относительно безопасном русле, и не рванет к чертям собачьим всю лабораторию…

Игорь Федоровский представил меня Диме Вирже – главному идеологу «Левой ноги», регулярно дающему интервью в стиле: «Основа проявленного везде одна — бессмысленность, спроецированная в пустоту. Это если не принимать во внимание санскритское прочтение названия нашего города». Я видела Вирже на других выставках, это чувак с начинающей седеть бородой, околомузейные дамы с придыханием говорят у него за спиной: «Вы не знаете? Это же Дима Вирже!»

Желающие могли взять отпечатанную на оберточной бумаге газету «Прыщ», которую иллюстрировал Вирже. Хотя, может быть, это – не газета, а художественный альманах, все равно это издание одинаково не похоже ни на то, ни на другое. В одном из интервью Дима Вирже так расшифровал название: «Проджикл Руле Ыскуств Щемим», что в переводе с языка древних панков означает «Проект Управляемый Химией Искусства».

Слово «химия» срезонировало с совершенно иными образами.

Потом пришел Патрик – старый панк, переживший кучу поколений неформальской «плашки», сейчас проектирующий православные храмы, и, по сути, один из тех, чье мировосприятие пытаются отразить художники «Левой ноги». В отличие от них, Патрик привык все называть своими именами. А еще он – единственный, которому пришло в голову поставить «рожки» объекту фотографирования. Забавно: был полный зал камер и тех, кто позиционирует себя «разрывающими шаблоны и выходящими за границы» – и никто не ставит «рожки».

Побродив по залу, Патрик спросил меня:

- Сколько он съел грибов?

Я не знала, в чей адрес было про грибы, и подумала, что про Игоря Федоровского. Поэтому ответила:

- Он не ест грибы. И даже не курит. Я точно знаю, я с ним в одном кабинете сижу.

- Не может быть, - не поверил Патрик.

- Он по жизни такой, - заверила я.

- Нууу, бывает… - с сомнением протянул Патрик.

А я поняла, что хватит мне окультуриваться, и я хочу на воздух.

А выставку посмотреть, наверное, стоит. Там есть пара штук, в которых нарисованы простые, понятные и даже, можно сказать, вечные и общечеловеческие мысли, достойные того, чтобы подумать их пару минут и порадоваться, что кому-то захотелось материализовать их в изображение.

Оригинал в Фейсбуке автора.