Собаке – собачья смерть

Худющий, кожа да кости, жёлтый пёс с разорванным ухом, покачиваясь, упрямо переставлял обмороженные лапы вдоль железной дороги. Он брёл в сторону рая. В слезящихся от ветра глазах застыла безнадёжная усталость. В рёбра отчаянно колотилось сердце. Как будто кто-то невидимый сжимал его двумя руками. Шаг, другой…

Поутру путевой обходчик брезгливо спихнул сапогом окоченевший труп под насыпь. Собаке – собачья смерть.

1

Есть темы, от которых я болею. Бездомные собаки – из их числа. Для меня это невыносимо, нестерпимо, выше сил, хоть головой об стену… Я не знаю, как им помочь. Я только знаю, что так быть не должно.

Ещё я знаю, что цивилизованное общество начинается точно не с отлова и отстрела бродячих животных.

Это только больные на всю голову итальянцы могут выдавать больничные по уходу за домашними животными. Наши мыслят в других категориях. Потому что у наших проблем больше, чем комаров в болоте. Какие «бродяжки»? Какая стерилизация-вакцинация?

 Если послушать уважаемых депутатов, то с деньгами в регионе – катастрофа. И даже если они каким-то волшебным образом появляются, то моментально испаряются со скоростью профузного поноса. Уже и у пенсионеров (развелись тут!) отпиливали, и у многодетных (расплодились, понимаешь!) отщипывали, и бюджетников (висят, дармоеды, на государственной шее) «оптимизировали». Всё равно не хватает – только себе любимым на приятные бонусы.

Каждое заседание сидят и сладострастно подсчитывают, сколько народу страдает от маленькой зарплаты, нищенской пенсии и унизительных социальных пособий. Иной раз закипятятся, забурлят, как котёл с бараниной, - ну, думаешь, сейчас-сейчас… Ан нет! Напускают пены и затихнут, болезные: авось проблема изведётся как-нибудь сама собой.

Чего уж бряцать ложной скромностью: если бы омичи, облечённые властью, захотели решить вопрос с безнадзорными животными гуманными способами, они бы давно это сделали. Но интерес отсутствует.

С ответственностью за братьев наших меньших в этих тёплых уютных учреждениях – гиблое дело. Вы видели бездомных собак возле Горсовета? Или у Законодательного собрания? То-то и оно. Подобными, с позволения сказать, вопросами в Омске занимается «Спецавтохозяйство». И точка. На гуманизм денег нет. И не ждите.

Да, собственно, никто и не ждёт. Волонтёры и сердобольные граждане давно махнули рукой в сторону этих, которые без сердца и совести, и своими силами пытаются разрубить гордиев узел.

2

Возле железнодорожного переезда, где всю зиму пролежал припорошенный снегом жёлтый пёс, частенько останавливается старенькая иномарка. Из неё выползает бодренькая бабуля. Шапка набекрень, кургузое пальтецо местами без пуговиц, в руках – картонки, мешочки с сухарями и ведёрко с супом. Завидев свою кормилицу, отовсюду несутся к ней собаки: хромые, безухие, одноногие, слюнявые щенки и степенные старички с выбеленными сединой мордами. Каждого бабуля знает по имени, каждому выдаст сахарную косточку и погладит по башке. Серьёзный дед всегда сидит за рулём и изредка поглядывает из-под очков, чтоб кто-нибудь из псов от переполняющих чувств не повалил щупленькую Антонину Дмитриевну в снег.

«Спасибо, что привозит, - машет рукой счастливая пенсионерка, - их нельзя предавать! Ну, никак нельзя! Они всегда всем довольны и очень рады нас видеть. У них не бывает дурного настроения, не болит голова. Хвост колечком, и радостно бегут навстречу. Они – неисправимые оптимисты. Не огорчаются по пустякам, не брюзжат. Они – лучше нас». Кто бы спорил!

Я много лет знаю другую удивительную женщину с благородным сердцем и широкой душой. Потрясающе красивую в свои 89. В любую погоду дважды в день, несмотря на плохое самочувствие, она выходит из дому, чтобы покормить бездомных животных. Заслуженная артистка России Маргарита Артуровна Лаврова из редкой ныне породы людей, о которых ещё Чехов сказал: «Хорошему человеку бывает стыдно даже перед собакой».

У Леонида Андреева есть пьеса под названием «Собачий вальс». Она про человека, который всю жизнь суетился, рвал горло, гонялся за меркантильными ценностями, а потом вдруг понял, что жизнь -– всего лишь «Собачий вальс», а люди – собачки, танцующие за кусочек сахару. Не так ли и все мы … за кусочек сахару?

Бездомные животные – по существу вопрос выбора. Можно, конечно, отвернуться, сделать вид, что не заметил, что очень занят, что это не ты, в конце концов, выбросил их на улицу. Всё равно аукнется. Мы получаем от мироздания ровно столько, сколько отдаём.

У каждого из нас за спиной маленькое кладбище бездомных животных. Не помог, не пристроил, не покормил, не погладил. Торопился, сомневался и вообще своих проблем по горло. Малодушие и трусость свойственны человеку больше, чем животным.

У меня тоже есть такое кладбище. Прошло девять лет, а стоит перед глазами одна собака.

Поутру псы аккуратно протискивались в щель в дачном заборе, за которым добрые люди соорудили картонную конуру, и бежали попрошайничать на трассу. Иногда я наведывалась к ним. Как та сорока из детской потешки: этому дала, этому дала, этому не дала, этот уже две косточки проглотил, а эта едва-едва с хлебным мякишем расправилась – зубы выбиты.

Среди разношёрстной шумной стаи выделялась одна «старушка». Вроде бы ничего особенного, таких много. Некрасивая, бородатая, усталая. Она никогда не бросалась к еде. Стояла чуть поодаль, переминаясь с лапы на лапу, словно хотела что-то сказать и не находила нужных слов. Тихо и деликатно покашливала в сторонке. Она была простужена, эта собака с лайковой выделкой души. Собака из породы врождённых четвероногих интеллигентов, которые могут поддержать разговор на любую тему многозначительным молчанием.

Когда трапеза оканчивалась, и псы разбегались по своим делам, собака подсовывала голову под мою ладонь. Она терпеливо ждала момента, когда рука заскользит по грязной свалявшейся шерсти. Собака прикрывала глаза и замирала, боясь кашлянуть. О чём она думала в эти мгновения? Может, вспоминала, как давным-давно, в другой жизни, кто-то ласково трепал её за ухом и гладил по спине?

3

Через неделю моя «старушка» не вышла на дорогу. Я обнаружила её в картонной будке. Она тяжело и прерывисто дышала. Из глаз и ноздрей сочился гной. У неё больше не было сил просунуть голову под мою ладонь. Я просила мужа отвезти её к ветеринару, съездить за лекарствами, ещё что-то. Но он только отворачивался и говорил, что, к сожалению, уже ничего сделать нельзя.

Я очень просила её не умирать, обещала вернуться завтра.

На другое утро натолкала в карманы бинтов, ваты, каких-то антибиотиков. Ещё тетрациклиновую мазь для глаз. И диоксидин, чтобы промывать…Собаки в картонной будке не было.

Она ушла в свой рай. Как тот жёлтый пёс. И только клок чёрной шерсти, примёрзший к тряпкам, - для ощущения терпкости бытия…

Размазывая по лицу сопли и слёзы, я тащилась по сугробам, кляла себя за малодушие и всё ждала, что за спиной раздастся знакомый кашель…

 Я и теперь жду.

… Не скуля и не жалуясь, они уходят от нас в свой собачий рай под «Собачий вальс», где на обед каждый божий день подают колбасу «Собачья радость».

Борьба с бездомными животными – каждый понимает это выражение в меру своей культуры. Судя по мерам, предпринимаемым нашими законодателями в отношении бродяжек, говорить о культуре как таковой в их тучных рядах вообще не приходится. Поэтому собакам – собачья смерть. Но покуда мы не решим этот вопрос, нас будет преследовать собачья жизнь. Мы будем грызться, как собаки. Гавкать друг на друга, как собаки. И выть от бессилия и злобы, как собаки.