Мэрия нашла договор на изготовление Любочки

Эти подробности выяснились на очередном судебном заседании по громкому иску предпринимателя Романа Рудакова, завладевшего исключительными правами на изображение Любочки и Степаныча, к издательству «Омский ракурс», выпустившему альбом с «контрафактными» фото городских металлических любимцев. В нем впервые в качестве третьей стороны участвовали представители городской администрации. Раньше в мэрии, напомним, заявляли, что вряд ли уцелели какие-либо «свидетельства о рождении» скульптур. Однако для арбитража поискали получше и нашли – договор подряда №1 от 2 июня 1999 года, заключенный горадминистрацией в лице главы депнедвижимости Николая Яловенко с ДУП «Механический завод» ГП ОМП им.П.И.Баранова. На изготовление из своих материалов и установку «скульптурной композиции «Люба» заводу выделялись 2 месяца и 600 тысяч рублей.

Рассказанная муниципалами предыстория рождения «Степаныча» совпала, в принципе, с уже давно опубликованными в интернете «биографическими справками» металлического сантехника. Да, идею привез из Словакии мэр Валерий Рощупкин – увидел там в Братиславе скульптуру «Наблюдателя» (Čumil работы Виктора Гулика – на иллюстрации), захотел, чтоб в Омске была подобная. Представитель мэрии продемонстрировал в суде фото «Чумила» - чтобы все убедились, что «Степаныч» - изначально неоригинальная работа, похожая на словацкую, как говорится «до степени смешения».

Интересно, что в обнародованные в суде документах, свидетельствующих в пользу мэрии (неофициальная позиция которой – скульптуры наши; прочие предъявляемые на них права – от лукавого), интересное для себя нашел и представитель истца. Юрист Романа Рудакова Игорь Колесников, фактически опираясь на выступление экс-работника мэрии Павла Журавлева (которое впервые опубликовано было на его странице в Facebook, а затем – на нашем сайте), заявил «ВОмске», что теперь у правоохранительных органов еще больше поводов для возбуждения уголовного дела по нецелевому использованию средств. Журавлев говорил о договоре с «Полётом» (предприятие, видимо,  просто перепутал) на сумму 817 тысяч рублей, напоминает г-н Колесников. Сотрудники мэрии в суде, по словам юриста, заявили о выплате в 4,5 тысячи рублей за Любу скульптору Сергею Норышеву (столько же ему заплатили за сантехника Степаныча) – сам он, правда, не помнит, кто именно ему платил. Считающемуся соавтором Игорю Вахитову ничего не платили (что логично – он, по сути, тогда выполнял свою работу главного дизайнера Омска, за которую получал зарплату). Если заводу Баранова заплатили 600 тысяч рублей, то куда же делись еще более 200 тысяч, задает вопрос г-н Колесников. (Кстати, о финансах – ИП Рудаков снизил сумму требований к издательству, исчислявшуюся из числа поступивших в открытую продажу «Омских маршрутов». Из общей массы вычли 1000 экземпляров, которые были выкуплены для передачи в городские библиотеки, в результате чего сумма иска с 7,8 миллиона уменьшилась до 5,2 миллиона рублей.)

По «вторичности» фигуры «Степаныча» юрист заявил: «Есть такое понятие, как презумпция авторства. Если Вахитов и Норышев говорят, что они авторы, противоположное нужно еще доказать». А вообще, если бы мэрия, заказывая «Любу» и «Степаныча», сразу бы составила договор об отчуждении авторского права, - не имела бы сейчас проблем, - резюмировал г-н Колесников.

Его оппонент, юрист «Омского ракурса» Иван Голошубин заявил «ВОмске», что, безусловно, рад поддержке со стороны мэрии. По сути дела же г-н Голошубин обратил внимание на упомянутую выплату 9 тысяч рублей Норышеву и сослался на одно из постановлений пленума Верховного суда, согласно которому при подобных сделках вместе с имущественными правами к приобретателю переходят и исключительные права на использование изображения. У автора остаются лишь личные неимущественные права типа права на имя.

Теперь, похоже, вопрос в том, как доказать передачу денег Норышеву именно от мэрии. Суд озадачил стороны поиском недостающих документов. Заседание в итоге было отложено до 2 февраля.