Константин Вегенер, Дюссельдорф: «Вместо рукопожатия теперь кулакоударение. Или локтеприкладство»

— Расскажите, где вы живете и чем занимаетесь.
— Консультирую клиентов в дюссельдорфской автошколе, в свободное от работы время перевожу и редактирую.

— На какой стадии сейчас находитесь ваш регион — пандемия в разгаре, ситуация стабилизировалась или количество заболевших идет на спад? Назовите статистические данные на сегодня, пожалуйста, если возможно.
— Давно не слежу за статистикой. По косвенным признакам — снятию одних ограничений и послаблению других — острая опасность миновала, причём ещё в мае.

— Есть ли заболевшие-переболевшие COVID-19 среди людей, которых вы знаете лично?
— Да, несколько родственников в Москве. Слава Богу, все выздоровели.

— Какие ограничения действуют сегодня в вашей стране, в вашем регионе?
— В транспорте и магазинах – так называемая Maskenpflicht (обязательное ношение масок). Лавочники пишут в витринах, типа, «наши посетители, сохраняющие 1,5 м дистанции – самые лучшие». Тут и там на полах, дорожках и тротуарах – рисованные или приклеенные полоски, чтобы люди не сбивались с этого полутораметрового ритма. Его, правда, придерживаются только в очередях к кассам. Кассиры работают за вирусонепробиваемым оргстеклом. Сохраняется запрет на массовые мероприятия. От скольки человек, не помню, я не массовый человек. Поездки в дальние страны отложены до лучших времён: выезд границы ЕС закрыт до конца лета.

— Насколько, по-вашему, «антикоронавирусные» меры, уже предпринятые властями в вашей стране, достаточны и действенны.
— Германии грех жаловаться. Видимо, в основном всё было сделано правильно. И люди адекватно отреагировали на ограничения. Например, бело-красная ограничительная лента, которой была опоясана баскетбольная площадка в парке за углом, продержалась где-то месяц.

— Насколько велик побочный эффект — по чему сильнее всего ограничения ударили? Чей опыт, каких стран в борьбе с пандемией вам кажется более успешным/интересным?
— Мне трудно сказать, по чему сильнее всего. Точно знаю, что тяжко пришлось малому бизнесу (в частности, общепиту, булочникам), туристической и воздухоплавательной отрасти. Недавно неожиданно пострадали мясники: оказалось, что вирусу нравятся низкие температуры в цехах.

— Изменилось ли за прошедшие месяцы ваше отношение к «антикоронавирусным» мерам — вы стали строже их соблюдать либо наоборот устали от них, не видите в них особого смысла? Что-то предпринимаете сегодня?
— Усталость была от карантина: всё-таки довольно специфический напряг. Сейчас – нормально. Маску надел – маску снял. Вместо рукопожатия – кулакоударение (вариант: локтеприкладство). Тщательное мытьё рук и лица.

— Сказалась ли пандемия на вашей работе? Каким образом? Возникали ли необходимость/желание искать другую работу?
— У нас в автошколе группы на теоретических занятиях обычно были человек по восемнадцать, после снятия весеннего карантина стало по шесть. Сейчас – восемь. Меньше клиентов – меньше денег. Искать другую работу? На переправе от добра добра не ищут.

— Какую конкретную помощь от государства получили вы, ваша семья, знакомые из вашего близкого окружения во время пандемии?
— Слава Богу, не было необходимости.

— Какие наибольшие проблемы создал коронавирус (сам по себе; меры по борьбе с ним; действия людей, вызванные страхом пандемии) для вас в повседневной жизни — в приобретении товаров, получении услуг, общении с близкими?
— Сам по себе — переболели мои родственники. Меры по борьбе — мы не можем навестить родных в России. Действия, вызванные страхом… Это тяжёлая тема. Во многом — тема этики СМИ. Свобода информации (особенно если она проиллюстрирована соответствующей телевизионной картинкой и подкреплена соответствующей интонацией) в отсутствие этики оборачивается преступлением. Интересно, мы когда-то узнаем реальную статистику по психическим заболеваниям и самоубийствам за эти месяцы?

— Изменились ли каким-либо образом ваши доходы и доходы вашей семьи? Если они уменьшились, то когда они, на ваш взгляд, вернутся к докризисному уровню?
— На нас это практически не сказалось, но для родственников в России уменьшение доходов – насущная реальность. Так мало того – ещё собянинские штрафы прилетали ни за что в период московской обкатки ЧП.

— Дал ли этот кризис вам взамен какие-то возможности — конкретно на время действия ограничительных мер, либо такие, которыми вы можете/намерены воспользоваться и в дальнейшем будущем?
— Мне он дал возможность два месяца без зазрения совести работать ночи напролёт. В итоге скоро выйдет книга Кристофа Гизы и Лены Шиллер «New Business Order: Как стартапы меняют экономику и общество» с моей редактурой.

— Нравится ли вам тенденция перевода многих процессов в онлайн-формат?
— Нравится. Но ещё больше нравится её логичность. Кризис подтолкнул людей к действиям, на которые они до того не решались (типа, и так нормально было).

— Пандемия сильно изменила мир. Будут ли эти изменения бесповоротными, по-вашему, или через некоторое время всё вернется на круги своя? Что-то изменилось в вашем мировоззрении, приняли ли вы какие-то важные решения?
— Все изменения бесповоротные. Нет кругов. Есть спирали. Если вам кажется, что всё вернулось на круги своя — значит, просто шаг спирали маленький. Нынешние изменения ещё далеко не завершились. Мир продолжает меняться. Может быть, не так стремительно, как четыре месяца назад, но ещё не вечер. Что-то в моём мировоззрении точно изменилось. Что именно — может, потом как-нибудь расскажу.