Юрий Лавров: «Электронный магазин требует серьёзной доработки по юридическому оформлению и определению универсальной на всю страну методики использования»

— Современная контрактная система всё больше переходит в развивающееся поле информационных технологий. Почти все процедуры закупок уже давно имеют электронную форму, их участники работают через личный кабинет сайта закупок (ЕИС), а сама приёмка и претензионная работа организованы внутри него.

Всё это очень хорошо, хоть и не все сервисы работают идеально, но прогресс очень даже заметен. Нельзя умолчать и о проблемах юридического толка в этой связи. Тренд на цифровизацию и прозрачность закупок привёл к появлению т.н. «электронных магазинов» и проведению закупок у единственного поставщика в псевдоконкурентной форме. Всё это началось с распоряжения Правительства РФ в 2018 году и эта практика плавно перешла в регионы и города.

По итогу мы имеем визуально конкурентные процедуры, где есть срок подачи заявок, порядок их оценки, но подать жалобу на них и хоть как-то отстоять свои интересы здесь почти невозможно, официально это за пределами юридически установленной конкуренции в 135-м законе.

Задумка электронных магазинов была хорошей: например, заказчики из глубинки, не имея нужной инфраструктуры вокруг, могли там дистанционно приобрести товар у поставщика, который профессионально пояснит все возможности этого товара, не тратя при этом время на телефонные переговоры, выяснение характеристик, «выторговывание» лучших условий (ведь таких поставщиков там множество).

Ситуация стала острой и проблемной тогда, когда этот инструмент стал обязательным за счёт издания правовых актов местными администрациями и органами власти субъектов. Теперь заказчикам приходится проводить почти все закупки по пунктам 4 и 5 части 1 статьи 93 ФЗ № 44 не напрямую, а «почти через торги».

В этой критике не могу пропустить ряд факторов, которые обусловили «обязательность» электронных магазинов. Сегодня ценовой предел прямой закупки (по 4-му и 5-му пунктам, да, поймут лишь посвящённые) составляет 600 тыс. руб., что довольно много для одной сделки.

Чтобы минимизировать коррупционные риски, органы публичного управления и идут по данному пути, так что однозначно обвинить их в своих решениях было бы несправедливо. Можно сказать, что 44-ФЗ и всё, что принимается в спектре его действия – это не только правовая основа государственного снабжения, но и инструмент борьбы с негативными проявлениями культурного кода. 

Всё же я юрист и подведу итог правовому статусу электронного магазина в контрактной системе именно с этой точки зрения:

1) принятие нормативных правовых актов, как органами власти, так и местного самоуправления, которые регулировали бы обязательность и порядок использования электронного магазина, не предусмотрено Законом № 44-ФЗ (юридико-технически это должно быть указано в ст. 93, но этого нет);

2) не использование электронного магазина заказчиками не влечёт за собой административной ответственности, т.к. см. п. 1, а заключенные сделки вне электронного магазина нельзя признать недействительными исключительно по такому основанию;

3) не нужно слишком утопично воспринимать п. 2, т.к. руководители заказчиков могут понести дисциплинарную ответственность именно за отступления от принятого на региональном (муниципальном) уровне порядка работы в электронном магазине, а не в связи с нарушением законодательства о контрактной системе.

В общем и целом, электронный магазин — инструмент нужный и потенциально эффективный, но требующий серьёзной доработки по юридическому оформлению и определению универсальной на всю страну методики использования.

Кстати говоря, именно на эту тему мы с коллегами — кандидатом юридических наук Игорем Ивановичем Алгазиным и кандидатом юридических наук Евгением Андреевичем Чекурдой — в 2021 году написали научную статью «Правовое регулирование использования электронных магазинов в сфере государственных и муниципальных закупок».

Ссылка на статью  прилагается.