Наталья Мельникова, актриса Лицейского театра: «Я не вижу будущего театра без Сергея Родионовича Тимофеева»

— Мне в последнее время стали очень много писать и задавать вопросы про судьбу Лицейского театра. Решила написать общий ответ, такой какой бы я дала, если бы это было интервью.

Я актриса Лицейского театра, играю в нем почти тридцать лет. Когда мне было пятнадцать, очень случайно попала в него — мама увидела объявление по телевизору о наборе артистов и возможности приобщиться к театру. Конкретно ТЕАТР я не любила, кино мне нравилось гораздо больше. Отталкивал ОН меня некоей напыщенностью и подачей, сама эстетика вызывала часто, как сейчас называют, испанский стыд. Но творчество я любила, любила петь и танцевать, разыгрывать сценки, так что решила сходить и посмотреть.

Это все я пишу для того, чтобы объяснить, насколько Лицейский театр для меня отличается от всех других театров. Вот так случилось, что встретила я Вадима Станиславовича Решетникова и не смогла больше уйти из этого уникального места. Он рассказал о том, для чего он создает этот театр, что это СРЕДСТВО, а не цель, и собирает вокруг себя людей с этой общей целью. А цель, как ни банально, проста: сделать этот мир лучше, сделать лучше себя, открыть в своей душе Бога, научиться творить без удушающего эгоизма, в команде, с любовью. Он специально нашел это небольшое здание, в котором, как он говорил, играть будет даже взмах ресниц, и не нужна будет специальная подача, все будет очень естественно, по-настоящему. Сцена камерная, на ней совсем по-другому нужно существовать: очень тонко, честно. И, скажу вам, не каждый артист, закончивший институт, на это способен. Это мы уже знаем. Да, даже не каждый сложившийся артист из другого театра органично может существовать на нашей сцене, это тоже мы знаем на практике.

В 2007 году Вадима Станиславовича Решетникова не стало. Мы были в отчаянии, ведь еще так много нужно было сделать для становления нашего театра, но театр уже был, у него появилось довольно четкое свое лицо, сложились свои критерии существования и развития. Но тут нам помогло то, что Вадим Станиславович был не один, ему помогали и другие люди. И это был его единомышленник Тимофеев Сергей Родионович, он тоже был режиссером Лицейского, шел с Решетниковым от создания театра. Тогда мы все объединились и попросили департамент назначить его художественным руководителем, кем он и был для нас все это время. Не скажу, что было все легко и просто, театр в чем-то, конечно, стал меняться, не менялась только его суть и те задачи, которые были поставлены Решетниковым.

Сейчас же твердо могу сказать: Сергей Родионович справился с миссией капитана нашего корабля. Критерии, которые были поставлены при создании, ведут нас, у нас сложилась НОВАЯ команда единомышленников. Это очень важный момент! Появление творческой команды, понимающей друг друга даже без слов, — это драгоценность, очень важная, пусть неосязаемая и не всем объяснимая. И только сейчас подхожу к ответу на вопрос о ситуации: лично я не вижу сейчас дальнейшего будущего без Сергея Родионовича. Да, театр фактически будет существовать, но это будет уже не Лицейский театр, его суть будет утрачена, команда развалится и появиться что-то другое. На сегодняшний момент мне это ощущается, как среда, уже не пригодная к моему дальнейшему творчеству. Да, я могу ошибаться, но так ощущаю ситуацию сейчас.