Что произошло в Армении?

Александр Минжуренко, историк:  

— Скорее всего, это мирная революция. Но меня больше заботит то, что во главе движения стоит неконструктивный лидер, крайний радикал Никол Пашинян. Если он так и останется лидером, то я ничего хорошего от него не ожидаю.

В Армении коррупция зашкаливает, социальное недовольство и гнев зрели десять лет, и в итоге все это выплеснулось в эмоциональную революцию. Но революции, совершенные на эмоциях, а не на разуме, заканчиваются плохо. Поэтому оптимизма в дальнейшем развитии событий я не испытываю. 

С тем, что нужно свергать коррупционеров, я согласен, армян можно с этим поздравить, но что будут дальше? Серьезных и конструктивных оппозиционных сил, которые могли бы сейчас подхватить власть, к сожалению, в стране нет. Те уличные радикалы — это уличные бунтари, с ними каши не сваришь. Никола Пашиняна не поддержали серьезные оппозиционные партии, и как он будет строить власть? С этими бунтующими людьми? Он и сам на должность премьер-министра не подходит, потому что он боец, ему нужно сражаться, а в Армении туча проблема социально-экономического плана, там должно быть технократическое правительство, которое должно разгребать эти проблемы годами. А Никол Пашинян, добравшись до власти, сможет устроить только репрессии.

Инна Ветренко, политолог:

— Я давно занимаюсь проблемой «цветных революций». Еще в октябре прошлого года на научном форуме в Санкт-Петербурге давала прогноз, что в Армении есть все предпосылки к проведению «цветной революции». Однако коллеги-ученые засомневались, что это возможно, хотя предвестники уже были.

Я считаю, что это технологичная, срежиссированная «цветная революция», проведенная при поддержке Запада, прежде всего США. Все эти протестные мероприятия, их мобилизация, информирование об этих мероприятиях проводились за счет тех денег, которые были закачаны в Армению в течение последних двух лет через приход иностранных СМИ и различных фондов.

Более того, революция в Армении проводится с помощью тех же технологий и в том же варианте, что и на Украине в феврале 2014 года. Даже украинский синдром не заставил их пересмотреть свои методички по майдану, поэтому можно спрогнозировать, что будет дальше.

Единственное различие заключается в том, что мы очень нужны Армении. Армения без нас — никто и ничто. Сколько было геноцидов в отношении армян, и единственной, кто их спасал и поддерживал, была Россия. Для нас ни геополитически, ни в плане международного процесса Армения не является стратегически значимым партнером. Россия оказывала ей поддержку только как одной из пятнадцати республик. То есть мы им нужны больше, чем они нам.

Приход антироссийского правительства очень пагубно повлияет на армянскую культуру и на армянское правительство. На России это никак не отразится. Обидно только то, что мы упустили сферу влияния. США свое влияние распространяет планово, технологично, по одним и тем же сценариям, а Россия ей ничего противопоставить не может.

Леван Турманидзе, предприниматель:

— Интересно одно: как только где-то меняется власть (любым способом), мы сразу начинаем говорить о майдане, как будто кто-то готовит переворот. Может, честно скажем, что просто власть проворовалась и абсолютно не учитывает интересы простого народа? Может она надоела уже людям? И люди, конечно, начинают самоорганизовываться? Я думаю, что в Армении нет ничьей руки. (комментарий из Фейсбука).