А Масленицу не сожгли — демонтировали...

У «теремка», в смысле у Сибирского культурного центра было душевнее. Тут — масштабнее. Омский сюр остался на месте. Не успела сфотографировать сани на колесиках, запряженные оленями.

Из того, что успела:

1

Кажется, у нас «русское народное» существует исключительно в форме «сибирское казачье». Насколько оправданно, не знаю.

Пляски с пиками и саблями, причем по ходу танца девицы нагло отбирают у кавалеров сабли и пляшут с ними не менее лихо, — это что-то очень современное, милитаристски-феминистское.

Сюда же — «народная дружина» в лице юных девочек... Чего они там дружинили вокруг чучела Масленицы, не знаю...

Впрочем, понравилось, что детский танцевальный ансамбль решили не морозить, одели не в квази-народные юбочки, а в добротные синтепоновые костюмы. Поэтому «Березка» (которая в поле стояла) напоминала танец маленьких медвежат. Но мило.

Собаки породы самоеды — герои. Выдержать столько поглаживаний — это какой устойчивой психикой надо обладать!

2

Внучка Василиса, конечно, девочка. Но ее сильнее всего тянет в тир и на лошадь. В общем, милитаризированный феминизм, кажется, в крови...

Розовые пони существуют. И, похоже, существуют именно для того, чтобы как-то смягчить противоречие между понятием «девочка» и желаниями «мне бы шашку да коня».

Блинные деревья — действительно находка.

И вообще, лучшее, что было — это небо и деревья.

А Масленицу не сожгли — демонтировали...

_{Оригинал в Facebook автора}