Почему умер Базаров?

Слависты утверждают, что в России наступил век Тургенева – самого умного и воспитанного русского писателя. Именно сейчас, когда скомпрометированы все человеческие ценности, пришла пора подтекстов, изящества, тургеневских открытий.

Спектакли главного режиссера Омского ТЮЗа Евгения Рогулькина отличаются человечностью, добротой, деликатностью – даже в «Грозе» Островского ему удалось оставить открытый финал. Поэтому его обращение именно к прозе Тургенева кажется вполне закономерным.

– Евгений Викторович, не дает покоя одна мысль: если вы пожалели Катерину, может, и Базарова оставите в живых?

– И пойдет обо мне слава: у этого режиссера никто не умирает (смеется). Смерть Базарова для меня – главная загадка этого произведения. Которую, возможно, удастся разгадать, когда доберемся до финала. Это я говорю при постановке любого спектакля – финал должен вырасти. Студент-медик, все знает о мерах предосторожности, режет труп человека, умершего от тифа. Случайный порез еще можно мотивировать эмоциональным состоянием: его неотступно мучают мысли об Одинцовой, задумался – чиркнул по пальцу. А дальше? У фельдшера нет «адского камня», но почему он не прижег рану каленым железом? Пока у меня полное ощущение, что Иван Сергеевич Тургенев как-то слишком легко отделался от своего героя. Поэтому я раздумываю не над тем, как его спасти, а над тем, почему Базаров это сделал? Потерял цель, смысл, ощутил, что нигилизм – всего лишь молодецкая бравада? Но все мы в молодости отрицали родителей, хотели жить по-своему, слушать другую музыку, носить другую одежду…

– Действие романа происходит в 1859 году…

– Сто шестьдесят лет прошло, а люди не меняются, те же самые устремления, порывы. Но как изменилась манера поведения, манера общения! В речи тургеневских героев огромное количество деепричастных оборотов. Это же яростный конфликт – противостояние Павла Петровича Кирсанова и Евгения Базарова! Это не просто спор, это столкновение мировоззрений, жизненных позиций: «Наше поколение не может жить без принсипов! А вы отрицаете всяческие принсипы!» Пытаемся найти выразительные средства, чтобы показать: это конфликт, отрицание, а не просто болтовня за обедом. И сразу вспоминается чеховское: «Люди обедают, только обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни». Но как это сделать интересным, зрелищным? Достать из романа живую кровь, живой нерв, понятный современному молодому человеку?

– Костюмы будут вневременными, как вы любите?

– Резкого осовременивания не хочется. Художник Сергей Александрович Федоричев что-то придумывает. Недавно показал мне девушку в розовом брючном костюме – вот идет Кукшина.

– Как распределены роли?

– Базарова играет Павел Назыкин. У него прекрасные родители – Лариса Яковлева и Владимир Крутов. Аркадий – Дмитрий Керн. Сергей Дряхлов – Николай Петрович. Павел Петрович – Александр Карпов.

– Удалось разобраться, в чем причина извечного конфликта отцов и детей?

– Тут артисты пошутили взрослые: вы на стороне отцов! Это не так. Хотя я, конечно, уже вступил в тот возраст, когда автоматически оказываешься на стороне отцов. Но так уж устроена молодость, она отрицает: мы проживем свою жизнь по-другому. И вечный повтор. Я понимаю отцов, сам уже 33 года отец и даже несколько лет – дед. Но в то же время хорошо помню все свои молодые противостояния с родителями. Когда приезжал к маме, и она, не хуже Арины Власьевны Базаровой, в 10 утра – оладушки, в 12 – картошка с мясом, а в 2 часа – беляши. Помню свое раздражение: хватит меня закармливать! И мамина обида, и наше примирение: давай свои беляши, штук пять сожру! Но как бы я ни ругался с родителями, я все равно их любил. И мне трудно оправдать жестокие слова Базарова: «Копошатся, не видя своего ничтожества». И как бы Аркадий, как юный неофит, не восхищался другом, их разрыв начинается именно с упрека: «Ты слишком резко с дядей обошелся». Базаров – бездомно-неукорененное существо. И у Кирсановых ему не очень хорошо, и у Одинцовой, и у родителей.

– У вас получается спектакль о семье, о любви… А как же нигилизм?

– А что такое нигилизм? «Романтизм – художество, гниль, чувства – ерунда, человек должен воспитать себя сам, мне приятно отрицать – я все отрицаю». Как говорит Павел Петрович, вас всего четыре человека с половиною! В словах Базарова много демагогии. Помните, какой у него главный аргумент в споре? Когда он не знает, что сказать? «Я даже готов согласиться, что в этом вы правы. И все-таки это ничего не доказывает!»

– Мне кажется, этом романе самый счастливый человек – Николай Петрович Кирсанов: и Фенечка у него, и Аркадий, и имение – хоть он и не умеет им управлять, как-то стоит, не разваливается. И на виолончели играет…

– Николай Петрович дает свободу сыну, поэтому Аркадий понимает отца и радуется тому, что есть Фенечка, что у него появился брат. Отец никогда не ограничивал его свободы, поэтому и он не ограничивает свободу отца. В спектакле мы много говорим и о родительской любви, и о любви к родителям. Когда рассуждали с Ларисой Витальевной Яковлевой про Арину Власьевну, она спросила: «Это совсем курица-наседка, клуша?» Ответил: «Нет! Это любовь! И мудрость. Когда отец злится, что сын три года не был и снова уезжает, бросает их, она находит верные слова: «Сын – отрезанный ломоть, захотел – прилетел, захотел – улетел». Это не смирение, а именно мудрость и любовь – принимать сына таким, каков он есть.