Итоги недели с Сергеем Костаревым

Главные события прошлой недели, наверное, происходили в Вашингтоне, где впервые с 1814 года брали штурмом Капитолий. События, показывающие, насколько мир сейчас нестабилен. И та турбулентность, которая наблюдается уже достаточно давно, уже несколько лет или десятилетие, как минимум, — она подтверждает, что привычная нам ленинская концепция диалектического материализма ошибочна. Мир подчиняется совершенно другим законам, скорее, законам синергетики, где главными становятся неизвестность, вероятность, пробы и ошибки. И сейчас мы наблюдаем как раз одну из точек бифуркации — неопределённости, которая приведёт к изменениям, правда пока не ясно к каким.

В Америке одна из самых прочных демократий, хоть и с определенными ограничениями (лично мне больше нравится европейский вариант), но с достаточно устойчивым механизмом государственной власти. Так вот именно этот механизм власти последние четыре года подвергался тестированию на прочность всевозможными экстремальными отклонениями от привычной линии. Американская демократия имеет сильные традиции, в том числе по изучению общественного мнения на президентских выборах. Как правило, результаты опросов совпадали с выбором в реальности, но бывали и аномалии (отклонения, которые нельзя было объяснить существующей теорией). Примерно так произошло и с Трампом — его победа была неожиданной, что говорило о каких-то скрытых общественных процессах. И это как раз привело к тем самым критическим испытаниям, которые могли либо сломать систему, либо укрепить её и вернуть в стабильное состояние, что докажет её жизнеспособность. И весь период правления Трампа сопровождался сильной турбулентностью, что явилось вызовом для политической системы. Четыре года их лихорадило не по-детски. И, тем не менее, система смогла эти четыре года прожить, не разрушившись, и в итоге Трампа выкинула обратно на задворки современной жизни. Возможно, сказался коронавирус, который «потопил» действующего президента, а в лидеры вернул традиционного политика. Плюс конфликт, который сейчас разгорелся, события вокруг взятия Капитолия, — это, на мой взгляд, хорошая прививка для американской демократии от следующих «отклонений». Такой крайности как Трамп, думаю, больше не будет в обозримом будущем. Он показал американцам, какой политик опасен для системы. Конечно, к Трампу можно по-разному относиться, но на деле оказалось, что он может привести к тому, что в Америке не случалось не одну уже сотню лет — взятию Капитолия. А мне почему-то кажется, что американцам меньше всего хотелось бы, чтобы кто-либо брал Капитолий. Где-нибудь там, в других странах, других местах — пожалуйста, но не в их столице. Именно вероятность угрозы, подобной ситуации с Трампом, в перспективе должна защитить американцев от таких крайностей. В ближайшие год-два, думаю, Америка восстановит и укрепит стабильную систему и пойдёт дальше спокойно.

Что касается Твиттера, отключившего аккаунт Трампа... А что — кто-то сомневался, что частные компании, способные выполнять роль Большого Брата, все эти твиттеры, фейсбуки, другие социальные сети, будут с нами церемониться? Они поступают так, как захотят и надо понимать, что Твиттер — это не демократия. Твиттер — это возможность высказаться, но в рамках их правил, часто очень недемократичных и жёстких. А когда вы будете эти правила нарушать — не вами установленные — вас отключат. И это относится к любой современной социальной сети, в принципе - они влияют на нашу жизнь и заставляют жить нас по их правилам. Так что я считаю, что доверять соцсетям не стоит. Пользоваться ими — можно, но доверять им не надо.

Таким образом, к отключению Трампа от твиттера я отношусь и не положительно, и не отрицательно — воспринимаю это как данность. Странно, что кого-то это удивляет, надеюсь, что у некоторых людей хоть сейчас откроются глаза. Но лично я за свободу интернета — без ограничений и каких-либо внешних правил — пользователи должны сами организоваться и оставаться свободными, как это и планировалось на заре интернета и наиболее радикально записано в Декларации 1996.

Теперь про Россию. Премьер-министр подписал постановление о создании на территории Омска зоны «Авангард», где будут строить несколько нефтехимических производств. И это в городе, в котором уже сейчас неблагополучная экологическая обстановка... это грустная новость. Был шанс переориентировать Омск на науку, но научный центр у нас не создали, а решили дальше загружать наш город выбросами. Это факт, по которому можно оценивать отношение к Омску из центра.

Что касается омских проблем с отоплением... Это, конечно, банально звучит, но каждую зиму у нас бывает холодно, о чём, видимо, забывают чиновники. И почему-то именно зимой, когда холод, начинают чинить трубы. Почему этого не делают летом, осенью — мне не понятно. Точнее, мне понятно, что люди не умеют исполнять свои прямые обязанности в соответствующих департаментах и в мупах, которые отвечают за коммунальное хозяйство. Но тогда почему их не заменят на более компетентных?

Ну и плюс, конечно, сказывается очень плохая, устаревшая система централизованной подачи тепла, когда горячую воду нам передают через десятки километров труб. Которые не выдерживают нагрузки. Пора нам начинать применять новые технологии и не гнать кипяток через весь город, а делать оборотные системы с локальным подогревом. Будет дешевле и эффективнее.

По поводу проблем с газом в Знаменском районе. В 90-е годы, когда я работал в комиссии по природным ресурсам, и мы выдавали лицензии на добычу там газа, было ясно, что этого газа хватит лет на 20-25. Зачем руководители области пообещали людям и заставили их вложить деньги на коммуникации и оборудование, если они четко знали, что никакого газа дальше не будет?! Это первый вопрос, и он к предыдущим губернаторам. А второй — что, Бурков пришел и даже не разобрался в перспективах, в проблеме отопительных мощностей для отдельных районов Омской области? Власти что, и дальше будут как пожарники работать? Когда загорится/сломается, тогда и чинить будут? Мне кажется, это не правильный метод для руководства региона. Печальная иллюстрация механизмов управления в Омской области, которые включаются только тогда, когда что-нибудь катастрофическое случается.