«А помнишь, коллега?...»

…Если в номер поставлена статья, которая стоила тебе творческих мук, утро всегда было особенным. Могло случиться, что еще на остановке увидишь, как ее читают. А уж к полудню…Жди звонков, визитов коллег. Где-нибудь к вечеру, когда основные заботы дня отойдут, начнется сладостное и порой болезненное копание в материале — уже в узком кругу коллег, которые тебя понимают.

«Знаешь, начало динамичное, но потом мешают подробности…Ты закопала в них главное. Могло прозвучать сильнее…»

«Слушай, мало музыки! Работай больше над музыкой. Ведь слово — та же нота…»

И так далее!

ххх

Наверное, кабинетное профессиональное общение было важной школой. Оно дополнялось летучками в редакциях, творческими конкурсами.

Но почему-то вспоминается об этом как о чем-то лично важном и светлом, душевном. Несмотря на атмосферу застоя (а может, именно вопреки и благодаря ей!), мы, журналисты, выстраивали некий островок профессионального и духовного общения. Оно помогало противостоять всему вульгарному, пошлому.

Конечно, на этом «островке» были свои кумиры, любимцы судьбы, а кому-то было неуютно. Случались переоценки и конфликты. Но как-то незаметно все акценты рано или поздно расставлялись. Словно невидимый режиссер направлял все в нужное русло.
Да, это был остров спасения. От одиночества, непонимания. Ведь род занятий, профессия формируют определенный взгляд на жизнь. А нас, журналистов, по сравнению с представителями других профессий, всегда было мало. Как актеров, архитекторов, художников, писателей. Люди творческих профессий всегда нуждались в неком обособлении. Оно помогает сохранить духовные силы. Оно помогает создать почву для вдохновения. Во все времена.

А времена бывают разные. Сталинизм, эпоха застоя для творческих людей являли свои испытания. Нынешняя жизнь выдвинула свои. И попробуй измерь — что сложнее. На мой взгляд, это даже кощунство по отношению к российскому генофонду, который сгноили в лагерях. Тем не менее, сегодня тоже очень трудно. Казалось бы, есть выбор. Но очень часто выбирать приходится между служением и службой, между вдохновением и заработком. Мало кому удается все это гармонично совместить. У общества нет средств, чтобы содержать творческую интеллигенцию и дать ей возможность нести в народ высокое, светлое.

Вот и хочется напомнить коллегам, как мы в свое время находили способы подняться над рутиной жизни во имя своей профессии, ради тех читателей, которые ждали от нас духовной пищи. Были вечера в Доме актера и «капустники» в редакциях. Были туристические поездки и отдых в великолепных домах творчества. Это только непосвященному кажется чисто светским времяпрепровождением. Неформальное общение среди «себе подобных» — живая вода. Нам есть что вспомнить, есть за что поблагодарить всех, кто был среди нас.

Что случилось с нашим островом? Почему он растаял в дымке воспоминаний? Или не нуждаемся мы во вдохновении? Или читатель не ждет сегодня духовной пищи?

Это начало моей статьи, опубликованной более 23 лет назад — 12 мая 1995 года в газете «Омский вестник». Кому интересно — найдет продолжение. Но я поразилась тому, как давно начался оказывается этот процесс — атомизации, раздробления, выхолащивания содержательного в журналистском деле. Как жаль…

С Днем российской печати!

Оригинал в Фейсбуке автора.