Вишнёвый сок. Лабораторная работа

В маленьком зале Лицейского кресел на всех зрителей не хватило, гостей рассаживали на банкетки, внесённые из фойе, или прямо на пол. На 28 апреля был заявлен единственный показ спектакля, не пропустить его постарались и театральные критики, и друзья Лицейского, и городские «культурные» чиновники. Им же доверили решить дальнейшую судьбу постановки.

В мире «Вишнёвый сад» – одна из первых ассоциаций с понятием «русский театр». Естественная в пьесах у Чехова русская речь – многоголосый полилог – содержит загадку нашей традиционной неспешной беседы, в которой каждый говорит только о своём, но все вместе ткут общую смысловую ткань. Вполне возможно, что для внешнего мира именно здесь, в опыте совместного и одновременного говорения-неслушания, таится та самая русская душа.

Острая актуальность пьесы проявилась в новой России: сегодня не нужны декорации – играй как есть, вся Россия – «Вишнёвый сад». Режиссёр исключил и физическое перевоплощение актёров. Не понадобились ремарки, мизансцены, следование указаниям автора: кто входит, кто подаёт пальто, раскрыто или закрыто окно, справа или слева дорогой, многоуважаемый шкаф… Игра – только голосом, интонацией. Стоящие в ряд актёры один за другим произносили свои реплики, и только по ним можно было понять, кто на сцене Раневская, кто Лопахин, Гаев, Варя, Фирс…

Чеховский текст зазвучал прозрачно и ясно, и стало понятно, что герои почти не слышат друг друга. Каждый – о своём.

В третьей части вместо артистов на сцене появляются старые кассетные магнитофоны. Реплики персонажей, записанные на магнитную ленту, то произносятся поочерёдно, то смешиваются в общем гуле голосов. Зритель не знает, что перед ним: тонкая режиссёрская находка или технический сбой. Режиссёр сам на сцене, он подкручивает звук, перематывает плёнку на кассетниках, как если бы он поправлял актёра, неверно вступившего в сцену. В финале же только Фирс – единственный живой в умирающей усадьбе, забытый среди ветхой электроники.

На выходе зрителю предложили проголосовать – стоит ли включить в репертуар Лицейского эту лабораторную работу. Я сказала «Да».