«Спасти мир — нормальное желание»

— Сергей Игоревич, Алексей Владимирович, что представляет собой ваше изобретение?
С. М.: Моя медицинская специальность — патанатомия — у многих ассоциируется с аутопсийной работой врача, исследованием тела человека после его смерти. Но в 90 процентах случаев я работаю с биопсийной — прижизненной — диагностикой. Вот её качество мы и хотим повысить и при помощи своей разработки, основа которой — адгезивная подложка. Она помогает расположить биопсийный материал так, чтобы все последующие этапы работы с фрагментами ткани пациента прошли максимально эффективно, а риски неверных выводов сводились к минимуму.
А. К.: Иными словами, наша разработка помогает зафиксировать кусочек ткани, который взяли при биопсии, именно в том положении, в котором он находился в организме. Только благодаря этому лаборант на сто процентов знает, как подготовить его к исследованию, чтобы исключить риск ошибки. Как правило, ничего подобного сейчас для биопсии в российской практике не используют — зарубежные аналоги нашей разработки существуют, но они значительно дороже и менее удобны для врача.
— А как происходит сейчас, в чём разница?
А. К.: Сейчас при транспортировке от кабинета, где проводили биопсию, до лаборатории патологоанатома образец едет в пробирке. Он может порваться и деформироваться, а это существенно искажает картину для лаборанта, который готовит препарат для исследования. В итоге при диагностике врач вынужден опираться в основном на собственный опыт — и хорошо, когда у него в анамнезе десятилетия практики. А если врач молодой, ещё не «насмотренный», неопытный?
С. М.: Любой, даже самый опытный врач, не откажется от максимально точных образцов, гадание на кофейной гуще тут неуместно. При обычной обработке мы постоянно перекладываем образец ткани пинцетом из одной среды в другую. При каждом прикосновении образец деформируется, разрушается, особенно такой деликатный, как, к примеру, ткань эндометрия. Для мелких фрагментов слизистых оболочек пищеварительного тракта важно сразу разместить их так, чтобы срез прошел через все слои. Достоинство нашей научной разработки в том, что материал, извлечённый из тела человека, сразу укладывается на подложку, а все дальнейшие манипуляции — транспортировка, обезвоживание, промывка, фиксация в формалине — мы осуществляем при помощи переноса подложки. То есть сам биопсийный материал не трогаем вообще, врач-исследователь — метафорически — видит в микроскоп не осколки разбитой вазы, а правильный узор.
— Часто ли сегодня из-за существующих методов врачи ставят неправильные диагнозы?
С. М.: Официальной статистики на этот счет нет, но опираясь на собственный клинический опыт, могу сказать, что около 30 процентов результатов биопсии малоинформативны. Причем малоинформативны до такой степени, что пациента приходится отправлять на повторное исследование. А это дополнительные траты Фонда социального страхования на оплату и процедуры, и больничного на время восстановления. И, конечно же, страдания человека от дополнительной болезненной манипуляции.
— Алексей Владимирович, почему вы — не врач — стали автором разработки в области медицины?
А. К.: Как предприниматель увидел в этом проекте потенциал. Технологически это простая задача, административно — сложная, при этом польза изобретения очевидна. Расцениваю это как вызов. Спасти мир, на мой взгляд, — нормальное желание. Моя мама за последние годы часто сталкивалась с процедурой биопсии, поэтому чувствую и личную заинтересованность в том, чтобы вывести эту неприятную для пациента процедуру на новый уровень. Важным критерием того, что разработка качественная, для меня стало то, что Сергей Игоревич, который отвечает за научную часть проекта, создавал подложки изначально для себя. У него как у врача-клинициста, консультанта по биопсийным исследованиям, назрела потребность в более совершенных инструментах для работы. А если использовать адгезивные подложки удобно ему и его сотрудникам, значит, будет удобно и другим лаборантам и врачам. Изначально я отвечал только за административную и коммерческую часть, в последнем патенте выступаю уже соавтором.
— То есть патентов уже несколько?
А. К.: Их пока два: на адгезивные подложки для гинекологии и для гастроэнтерологии. Сейчас готовим патент на подложки для остальных отраслей медицины. Они отличаются форматом и размером, врачу определённого профиля будет удобнее использовать специализированную подложку, подготовленную под его задачи. Путь от идеи до патента составил около полутора лет.
Апробация нашего изобретения в условиях клиник прошла успешно. Теперь на очереди — государственная сертификация и внедрение в медицинский стандарт по всей России. Предлагаем сделать Омскую область пилотным регионом для внедрения подложек, чтобы доказать их эффективность. Но для этого необходима и инициатива регионального Минздрава, поэтому в планах — наладить сотрудничество с областным ведомством и заручиться поддержкой его специалистов.
— Трудностей много?
А. К.: Все они связаны с типом продукта: мы продвигаем разработку как «медицинское изделие», в его сертификации — свои нюансы. Пока не всё понятно в этом процессе. На получение сертификата может уйти от года до нескольких лет. Мы же пока в самом начале пути, не так опытны, как фармакологические компании, поэтому будем рады принять помощь экспертов, уже прошедших этот путь и готовых делиться опытом.
— Откуда деньги на реализацию проекта?
А. К.: Наши источники — это гранты и инвесторы. Меценаты в этом проекте не столь актуальны, тем более, он обещает быть прибыльным. Мы готовы делиться с инвесторами. Мы продаем подложки и получаем от этого прибыль, а государство использует их и экономит средства, которые тратит на повторные процедуры. Производить подложку мы можем самостоятельно, без передачи прав на производство.
С. М.: Очень надеюсь, что наши адгезивные подложки войдут в медицинские стандарты, так как это сильно облегчит жизнь и пациентам, и врачам. Потребность очевидна: такое сопровождение необходимо для любого диагностического забора биопсийного материала с использованием эндоскопической техники. Более 51 тысячи человек только в Омской области живут с онкологическими диагнозами, а заболеваемость за год выросла на 12 процентов. Самые распространенные формы онкологии в Омской области — это рак трахеи, бронхов и легкого, рак молочной железы, колоректальный рак, рак предстательной железы, новообразования желудка. Все эти виды рака — это биопсия. Множество других заболеваний и новообразований — это тоже обязательная биопсия. Залог эффективного лечения — своевременная диагностика. Опыт врача, его навыки играют здесь важнейшую роль, но дать ему в руки максимально точную информацию о пациенте мы можем — и мы готовы.