Божественный цвет

Наталья Пронина — гений цвета. Мы видим на ее картинах не буквальное прочтение визуального образа цветов, а изображение метафизической красоты, которую те в себе заключают.

У ее цветов нет четких очертаний — они заполняют все пространство холста без остатка, вытесняя собой все остальные объекты материального мира. Она воспевает воплощенную в них абсолютную гармонию и делает это совершенным образом.

Художник видит цветы взглядом крылатого существа, летящего над ними и воспринимающего их как краску, упавшую с Божественной кисти, но не достигшую поверхности земли, а волею Творца зависшую пятном в воздушном пространстве.

Она воссоздает ландшафт внутреннего сада, в котором «нет белого и черного, нет контрастов, всегда сумерки и запахи цветов, смесь дня и ночи». Ее образы ничего не выражают и ничего не обозначают. В них нет конкретности, зато есть легкость недосказанности с бесчисленными нюансами, полутонами и градациями.

Картины Натальи Прониной — это интуитивная живопись, которая становится возможной только на пределе творческой концентрации. Ее предназначение — замедлить внутреннее время до частоты, позволяющей воспринимать красоту, которая в другом, более динамичном состоянии остается неразличимой для глаз.

На картинах Натальи Прониной это потоки света — они пронизывают полотно, и мы можем наблюдать его вибрации: свет солнца, свет луны заполняют собой пространство и превращают его в единое целое — в нем «грезы исчезают при свете дня, но тени остаются в его глубине».

Такой мир не воспроизводит внешнюю реальность и не отражает ее. Он существует сам по себе. Входя в это пространство, не понимаешь, что с тобой происходит, ты ничего не ждешь и ни от кого не зависишь. В этот момент ты максимально близок к идеальному образу своего внутреннего «я». Ты оказываешься в символической сверхтекучей реальности, которая обволакивает тебя и напитывает экстрактом счастья.

* * *

Лидия Заремба упивается красотой женщины. Для того чтобы увидеть ее настоящей, она преодолевает внешнюю форму и обращается к ее внутреннему пластическому образу.

У художницы сущность женщины выражается в цветовых отношениях, в которые та вступает с окружающим миром. Она отдается реальности, подхватывающей ее, как волна, и несущей дальше — в неизвестность.

Картины написаны так, чтобы зритель думал, будто женщина заполняет собой пространство картины до тех пор, пока на нее смотрят. Она демонстрирует себя, но стоит отвести глаза, как она исчезнет, унесенная световой волной. Женщины находятся в непрерывном развитии, они необъяснимы и непредсказуемы. Они пребывают в состоянии непрерывного становления, подчиняют себе окружающий мир, меняющийся вместе с ними.

Героини картин Лидии Зарембы обнажены, но лишь для того, чтобы мы лучше видели исходящий от них свет, который непрерывно движется в пространстве картины и наполняет собой всех, кто способен его видеть.

1

Галерея «Квадрат» находится в том самом здании, где больше тридцати лет назад в Омске прошла первая выставка первого за пределами европейской части страны экспериментального художественного объединения — ЭХО. Художественно-графический факультет местного педагогического института (ныне университета) едва ли не с момента основания в начале шестидесятых и на протяжении всего советского периода был центром притяжения интеллектуалов — именно здесь они искали применение своему потенциалу. Вторая половина восьмидесятых стала временем, когда накопившаяся за десятилетия энергия прорвала идеологические препоны, и омская живопись и графика предстали во всем своем невероятном разнообразии. Это была высшая точка концентрации художественных талантов в Омске — на родине Михаила Врубеля, проведшего здесь первые три года жизни. «Сны цвета моря» — отзвук тех прекрасных лет, золотого перешейка между советской предопределенностью и непредсказуемостью нового времени.

Вячеслав Суриков,
редактор отдела культуры журнала «Эксперт».

Публикуется с разрешения редакции.