Омску благодарен пожизненно...

Основные тезисы выступления Александра Моисеевича Городницкого на своем блиц-мастер-классе на всероссийском фестивале бардовской песни в Омске (кстати, очень достойном фестивале и очень познавательном для брюзжащих, что «молодежь нынче не та»)...

Итак, тезисы его монолога в моём очень бережном изложении, и да простит мне Мастер, если всё-таки буду неточен...
1. Омску благодарен пожизненно, ибо здесь его, ленинградского мальчишку, в 1942 году откачали от блокадной дистрофии. Благодаря чему потом и были написаны все его песни. Также тут была и школа, и первая любовь...

2. Он сам на песни под гитару (определение «авторская песня» считает нелепым, ибо иных песен не бывает) запал смертельно тоже в Омске. Когда услышал песню «Темная ночь» в исполнении Бернеса в фильме «Два бойца».

3. Шестидесятникам было легче: «свои» — «враги» определялись на-раз. Сейчас же в России раскол такой, что эти определения крайне затруднительны...

4. Бардовская песня, как и поэзия в целом, явно переживает жесточайший кризис невостребованности. Пришли иные времена, иные каналы и массивы информации, иной темп жизни и иные формы. Причём, многие из новых видов песенного творчества (например, рок, рэп), привнесены извне, а не рождены в недрах отечественной культуры. И тем не менее с их популярностью нельзя не считаться.

5. А еще весомая причина кризиса бардовской песни (мастер не обозначал его временных границ) — в том, что полно потрясающих исполнителей, виртуозов гитары, и крайне мало поэтов. Текстов полно, а стихов нет. А между тем...

6. ...В поэзии, в том числе и в бардовской песне, всегда надо ставить перед собой высочайшие планки, и тогда, возможно, что-то получится. Естественно, при наличие таланта. Ибо его отсутствие, подчеркнул Александр Моисеевич, нельзя компенсировать никакой стихотворной (и прочей творческой) пахотой на износ.

7. Высоцкого считает бесспорно гениальным поэтом, «что бы там ни говорили».

Вкратце, вот так. Хочу только добавить, что вчерашний вечер подарил мне несколько минут общения с А. М. и вот это фото. Его, используя своё служебное положение члена жюри фестиваля, сделал Сергей Денисенко — поэт Божьей милостью и мой друг ещё с времён, когда земля «была безвидна и пуста»... Спасибо, Серёга! Это ещё одна из моих незримых, но безмерно дорогих медалей на душе. Вроде телефонных разговоров с Окуджавой и Новеллой Матвеевой в начале 90-х или общения с Гориным в Питере в 95-м и с Аркановым в Москве и Омске. Да, горжусь, и совершенно не скрываю этого...
...да только не в коня корм. В контактах с гениями меня всегда охватывал паралич восторга, хотя трудно представить более доброжелательных людей. И хорошо, если у меня к ним были деловые вопросы — я тогда хотя бы утрачивал немоту. Но ведь можно было и о жизни спросить, о счастье, творчестве, о самых главных ошибках в той же жизни и прочих судьбоносных вещах! Ни фига — полный паралич (потому-то я всегда и не любил навязываемые мне задачи репортера).

Отсюда очень важный вопрос ко всем моим друзьям. У вас три минуты общения с гением. Выбор гения — ваш. Но о чем бы вы его спросили?

Ребята, это важно, и стёб как бы нежелателен...

Оригинал в Фейсбуке автора.