Социалистическая справедливость — это особый род справедливости

Только вот почему-то совершенно забывают, как оно было на самом деле.

Допустим, ты заходил в советский магазин и видел на прилавке яблоки, огурцы или помидоры, причём довольно неплохие на вид.

Ты занимал место в очереди (потому что без очереди — это немыслимо!), стоял в ней некоторое время, а потом, когда подходил к продавщице и излагал ей свою просьбу, она наваливала тебе совершенно дикого вида товар, не похожий на то, что выставлен на витрине.

А на твои робкие возмущения, мол, я хочу такие же, как вон те, тебе отвечали, мол, вы, что, гражданин, не понимаете, это витринный образец, он не продаётся, а вы берите, что дают, и не выпендривайтесь.

Если же вы начинали возмущаться качеством товара, требовать, чтобы вам хотя бы гнилые яблоки или порченные помидоры не совали, на вас начинали наезжать и призывать к социалистической справедливости, дескать, вы что, лучше всех, да если мы вам выберем самые хорошие плоды, то кому же достанутся плохие? Вон той бабушке? Или вот этой женщине с дитём? Вы откуда приехали, вааще? Если вам здесь не нравится, идите на базар и выбирайте, сколько влезет! А тут продукты государственные, вот и берите, что есть!

Причём очередь очень часто тоже вставала на сторону продавца. Ибо если вы возьмёте себе всё хорошее, то что же им останется?

И вы брали, бурча и ворча что-то про коммерческую глупость, ибо хороший товар, если он действительно хороший, можно было бы, например, отложить в сторону и продать по более высокой цене, и люди бы охотно взяли, безо всякого базара, ибо это — справедливо! А то, что с бочком и с гнильцой, можно было бы продать дешевле, и на него тоже нашёлся бы свой покупатель, причём тут же, в этом же магазине. А ещё лучше, гнильё надо было бы вернуть поставщику, чтобы не присылал всякое дерьмо.

Но социалистическая справедливость — это особый род справедливости.

Потому что с продавца ведь тоже спрашивали, как он выполняет план. И план этот рассчитывался кем-то там, наверху, и этот кто-то понятия не имел, что продавцу делать с гнильём. Точнее, этот кто-то подразумевал, что гнильё тоже надо было куда-то девать. А лучше всего — продать. С пользой для государства. Вот такой, понимаешь, бизнес.

Да, чуть не забыл.

Помните, как у нас бананы продавали?

А было это так.
Стоит продавец у столика с весами. Рядом со столиком — несколько коробок с бананами. Коробки поставлены друг на друга, и пока не кончится товар в одной, до другой не доберёшься. И неважно, что в той, которая сверху, лежат зелёные, словно тепличные огурцы, тропические плоды, всё равно, кто-то же должен их купить.

Но вот когда коробка опорожнялась и открывали новую, там вполне могли оказаться бананы совсем иной свежести. Вполне возможно, что очень даже спелые.

Однако и среди них попадались мятые, гнилые. И их тоже взвешивали, в нагрузку, потому что куда же ещё их девать, кроме как людям?

_{Оригинал в Facebook автора}