Под музыку великого Прокофьева…

В этом году исполнилось 130 лет со дня рождения русского композитора Сергея Сергеевича Прокофьева (1891–1953). Композитор-новатор и универсал, Прокофьев создал музыку во многих жанрах. А его балеты не просто были признаны публикой и властью (Прокофьев неоднократно удостаивался главных государственных премий) — они и сегодня в числе символов высокого русского искусства.

— Сергей Валерьевич, драмбалет советской эпохи был замечательным явлением своего времени. Лучшие произведения этого направления оказали влияние на развитие хореографического искусства во всём мире. А вам ведь ещё в начале театральной карьеры довелось танцевать под музыку Прокофьева?

— Да, в самом начале своей работы в театре, когда только поступил в труппу, танцевал в балете Прокофьева «Ромео и Джульетта» — партию Бенволио. Это было в 1990-е годы.

— Наверное, любому балетному артисту не миновать встречи с Прокофьевым!

— Конечно, ведь его произведения вошли в золотой фонд балетной классики. И публика, и сами артисты очень любят балеты Прокофьева. Это востребованный репертуар в любом театре оперы и балета.

— Кроме больших балетных спектаклей, были у вас ещё интересные работы на музыку Прокофьева?

— Были и другие постановки — хореографические композиции, которые исполняются как концертные номера. Музыка Прокофьева звучит также в балете «Бухгольц», в котором я исполнил партию Матвея Гагарина — сибирского губернатора-лихоимца.

— Публике также нравится ваша работа в партии Мачехи в балете «Золушка»…

— Да, «Золушка» на омской сцене не классический балет, а современная постановка на музыку Прокофьева. Это даёт больше свободы режиссёру для раскрытия своих творческих идей. И партия Мачехи в нашем балете решена по-новому. Хотя травестийный вариант этой роли нравится многим современным балетмейстерам — они его используют и в постановках классической «Золушки».

— По-моему, это нетривиальная задача — сыграть не записную злодейку, а прежде всего энергичного и яркого, даже весёлого персонажа.

— Моя Мачеха держит в своих руках не только дом лесничего, но и сюжетные нити спектакля. Надеюсь, мне удаётся наполнить каждую сцену с участием моей «героини» юмором и эксцентрикой.

Балеты Прокофьева 1930–1940-х годов «Ромео и Джульетта» и «Золушка» были написаны, когда на сцене блистала Галина Уланова. Прокофьев видел в главных партиях именно её – композитор называл Уланову гением русского балета, его душой и поэзией. Танцовщик же в балетах Прокофьева часто оказывается «на службе у примы» — он должен быть достойной оправой этому бриллианту. В то же время музыка классика требует от исполнителей безусловного хореографического мастерства и артистизма. И, что особенно ценно в таком многофигурном и сложно устроенном организме, как балет, — быть надёжным партнёром, «командным игроком».