Cлава Сэ. Умер. Это как-то невыносимо

Перечитываю его тексты и думаю, что, раз он не был для меня живым реальным человеком, то и не умрет никогда. Останется голосом, рассказывающим истории.

Истории про нас, смешных и трогательных, про нас, которые просто хотят быть любимыми.

И не скажу – а вот если бы сделал прививку. Мы не знаем, что он думал о прививках, и почему не сделал, и мог ли. В каких отношениях он состоял со своим телом. Уже и не узнаем, и наше ли дело.

Я, как человек рассеянный, которого на прививку отвели чуть ли не за ручку, прекрасно могу понять других таких же рассеянных, погруженных в мысли и тексты.
Надо бы сделать, да. Обязательно на следующей неделе.
А потом вот нет.

И не скажу – такой молодой, 52 года. Приятно думать, что жизнь в современном мире тянется вечно, что 40 это новые 30, а 50 новые 20, что старость можно отодвинуть, а смерть вообще отменить.
Мы даже точки перестали ставить в конце предложения.

Но это верно ровно наполовину.

52 – хороший, большой кусок жизни талантливого человека, больше, чем Моцарт, больше, чем Пушкин и Леннон. Спасибо Славе, что он тут был, и за все, что он сделал для мира, потому что я верю, что добрые и красивые тексты поправляют кристаллическую решетку мироздания.

Поэтому смерть талантливого человека – это ужасная личная потеря для каждого из нас. А потеря ли для него лично — мы не знаем.

Ужасно жаль. Больше никогда. Ни одного его текста, представляете?

Что бы там ни было за горизонтом, пусть ему там будет хорошо.
А мы станем перечитывать и постараемся не забыть.
И это — точка.

^{Оригинал в facebook автора}

Редакция «ВОмске» приносит глубокие соболезнования родным и близким Славы.

С разрешения Славы мы тоже имели честь публиковать его блестящие остроумные рассказы на наших страницах. Почитать их можно здесь.