Взросление детей — отдельное удовольствие

...Не то чтобы она искала, просто увидела у другой девочки решение и в моменте, не задумываясь, списала его. И в процессе совершения этого «преступления» с ней произошла трансформация: она осознала, что нарушает правила, что списывать — плохо, что это обман, и непонятно, зачем это делать, ведь «ты же на контрольной проверяешь свои знания, а не пытаешься угодить учителю» (мамин голос в голове).

Катя заполнилась стыдом и не справилась с ним. Это чувство не такой частый гость в палитре ее чувств, а уж в такой концентрации она испытывала его впервые. Катя расплакалась. И пошла к учительнице признаваться. Что она не решила задачу. Что ответ списала. Она так безутешно плакала, что учительница даже не поняла сначала, что случилось. Спрашивала: «Катя, что? Кто тебя обидел?» Потом разобрались. Учительница успокоила Катю, объяснила ей задачу. А мне, когда мы уже после уроков обсуждали это, сказала: «Она у вас молодец. Здорово, что она анализирует свои поступки, осознает, какие из них хорошие, а какие плохие, и готова их исправлять. Это даже важнее математики».

1

Тут ещё важна маленькая предыстория.
За пару дней до этого мы болтали с сыном, а Катя подслушивала. Она вообще обожает ушки греть на взрослых разговорах, поэтому чаще всего сын, если поговорить хочет, ждёт, когда Катя, готовясь ко сну, «ушки» снимет (у Кати кохлеарная имплантация, и без специальных «ушек» она не слышит). И если Катя, засыпая без «ушек», видит, что у нас с сыном начался диалог, вздыхает: «Ну, опять самое интересное без меня!»)))

Даня рассказал, что пришел в банк решить проблему с картой и взял талончик электронной очереди. А там было очень много народу, а он сильно спешил. И тут объявляют чей-то номер, и никто по нему не идёт, и Даня сориентировался и пошел, как будто это его номер. А это был не его.

— Мама, он соврал! — возмущается Катя.

— Ну, давай так: он схитрил.

— Это же нечестно.

— Хитрость по жизни — тоже небесполезное умение. Он же никого не обидел. А просто свою проблему нехватки времени решил.

— Ты не будешь его ругать?

— Нет, конечно, — смеюсь я.

2

Я вообще не помню, когда я прям ругала детей. Я могу за бардак в них поворчать, но это максимум.

Я вообще не придала этому разговору значения, а Катюша, видимо, придала. И уже когда мы с ней дома разговаривали, обсуждали ситуацию со списыванием, Катя объяснила свои переживания так: «Мама, я списала. Ну, то есть тоже схитрила. А ты говорила, что хитрость — это тоже хорошо. Ну, и совесть — это тоже хорошо. Я не поняла, что лучше: совесть или хитрость?»

Ого-го. Вот это рефлексия в 10 лет!

Взросление детей, конечно, — отдельное удовольствие. Это так увлекательно —
наблюдать за ними, фиксировать, как они взаимодействуют с миром, друг с другом, с другими людьми, со своими проблемами. Мы с ней долго тогда говорили. Про то, что жизнь — штука сложная, но очень интересная, и школа — она не для кого-то, а для неё самой, в первую очередь, она усваивает знания и учится осознавать свою роль в социуме, и, списывая, она как будто сама себя обманывает, а не учителя, и не всегда имеет смысл хитрить, но то, что у нее есть друзья, готовые дать ей списать, — это тоже важно. Значит, Катя сама — хороший друг.

Прямо ощущаю, как именно в этот момент можно было «в прямом эфире» наблюдать формирование личности моего ребенка.

Перед сном Катя очень смешно перевоплощается в мамочку. Дочка у нее — кошка Ватрушка. Она потешно укладывает кошку, чтобы потом заснуть самой. Ватрушка, кстати, покорно засыпает у нее на руках.

— Всё, я ее уколыбелила, — обычно говорит Катя.

Я хохочу. Откуда она такие слова берет?

В тот день, засыпая после вулкана переживаний, она вынесла свой вердикт: «Быть взрослой очень сложно. Надо разбираться с чувствами». И добавила в ушко спящей рядом кошки: «Ты не взрослей, котёнь».

Котёнь — это глагол. Будь котёнком))))

3

Даня услышал наш разговор.

— Что она там, списала на контроше?

— Да.

— Ну, молодец же. Нужный навык в старшей школе. Ты же ей так и сказала?

— Почти. Ей пока прям вот так говорить рано. Она пока... котёнит.

А ещё недавно я пришла за Катей в школу, подхожу, а у них там съемка. И дети позируют, а моя ко мне бросилась, уткнулась в меня расстроенная, чуть не плачет.

— Катя, что случилось?

— Мама, только не переживай. Я сломала в классе стул.

— Ну, ты же не специально?

— Нет.

4

— Ну, и ты тогда не переживай.

Мы подошли к учителю, признались в «преступлении».

А учитель говорит:

— Катюш, а что ты сразу не сказала? Мне казалось, что ты напряжённая сегодня. Это из-за сломанного стула? Мы бы сразу его заменили — и нет проблем.

Катя отвела глаза. Если честно, мне самой было интересно, почему она сразу не сказала. У нас чудесная учительница, Катя ее обожает, никогда никаких не было проблем. Почему она побоялась признаться?

Мы пришли домой, отдохнули, пообедали, и я аккуратно включила Шерлока.

И оказалось, что учитель в тот день разрешила детям порисовать на умной доске, а они стали рисовать, и что-то нажали и все сломали. Ну, то есть как-то обнулили ее заготовки к уроку. И учитель сильно расстроилась, потому что урок-то через пять минут. И вот тут Катя сломала стул. И она интуитивно поняла, что новость про стул окончательно испортит настроение учителя. И не сказала.

— Я боялась ее разбить.

— Добить.

— Ну, вот она и так нервничала из-за доски. И мне показалось, что если я подойду со своим стулом, она уже не выдержит. И я решила её поберечь. И посидеть на сломанном стуле. Потому что нервы надо беречь...

Божечки, Катя — такой эмпатик!

ЭмКатик. В кого, интересно?

Мне, правда, нравится быть мамой.

 

_{Оригинал — на странице автора ВКонтакте.}