Олег Смолин — о деле «мальчика на гречке»: «Ни в коем случае нельзя сейчас ставить вопрос о лишении матери родительских прав»

Нашумевший процесс по делу об истязании ребёнка, которого отчим заставлял стоять коленями на гречке, закончился судом всего неделю назад. Ранее «ВОмске» уже писал о том, чем завершилось разбирательство: отчим и мать ребенка получили реальные тюремные сроки. Оказалось, что точка в этом деле так и не поставлена. Из сообщений ТАСС, ссылающегося на уполномоченного по правам ребёнка в Омской области Елизавету Стёпкину, стало известно, что Управление опеки и попечительства департамента образования администрации города  Омска направило исковое заявление о лишении родительских прав матери в Октябрьский районный суд.

Ребёнка, у которого кроме мамы нет других родственников, фактически обрекли на жизнь в детском доме до совершеннолетия.  Общество быстро отреагировало на это событие обсуждением адекватности мер, предпринимаемых органами опеки. 

Олег Смолин, депутат Государственной Думы, первый заместитель председателя Комитета по образованию и науке ГД РФ, академик Российской академии  образования:

— Лучшим решением для ребёнка я считаю передачу опеки ближайшим родственникам, но если эта возможность исключена, то я бы не торопился лишать мать родительских прав. Необходимо оценить ситуацию тогда, когда мать выйдет из тюрьмы. Чаще всего такого наказания, которое она получила, достаточно, чтобы человек взялся за ум. Поэтому я считаю, что ни в коем случае нельзя сейчас ставить вопрос о лишении матери родительских прав. За время, которое она будет отбывать срок, многое может произойти, и, в общем-то, для матери ребёнок всегда остаётся самым главным в жизни.

Не всегда, то, что вроде бы делается из благих намерений, на практике соответствует этим намерениям. Так, например, произошло с ювенальной юстицией. Конечно, чтобы решать проблему несовершеннолетних, нужен особый подход, особые суды, но мы наблюдаем, как эта ювенальная юстиция выродилась в бюрократическое, бездушное, пустое вмешательство в дело семьи. На деле получилось, что лечение хуже самой болезни.

С моей точки зрения, отношения семейные – это, в первую очередь, отношения нравственно-психологические, и попытка заформализовать их с помощью  права приводит к тому, что живая душа этих отношений убивается. Я бы осторожнее вмешивался в дела семьи, только в крайнем случае. Мы не можем позволить себе убивать человеческие отношения с помощью бездушного права и бездушных решений.