Экс-бухгалтер «ЖКХ «Сервис» Дьячкова: «Мостовик» отслеживал все проплаты и неплатежи

Показания давала Марина Дьячкова – ныне бухгалтер компании «Газпромнефть Бизнес-сервис». В «ЖКХ «Сервис» она также работала сначала бухгалтером по заработной плате, затем главным бухгалтером по капитальному ремонту и подряду. Уходила из компании в августе 2015 года с должности старшего бухгалтера. С экс-управляющей «ЖКХ «Сервис» Жанной Захаровой была, естественно, знакома, как с руководителем. С Константином Дахно была знакома, как с руководителем фирмы, которая сотрудничала с «ЖКХ «Сервис». Традиционно начинавшая допрос гособвинитель Екатерина Вакар попросила уточнить, о какой фирме Дахно идет речь. Свидетель пояснила, что речь идет о компании, отвечавшей за газовое оборудование в домах, обслуживаемых «ЖКХ «Сервис», название Дьячкова помнила не точно, кажется это «Городская газовая служба». О компании же «ЭкоТрансСервис» Дьячковой стало известно гораздо позже и только из СМИ.

Прокурор напоминает – на предварительном следствии свидетель говорила о том, что ей лично было известно о договоре займа между «ЖКХ «Сервис» и «ЭкоТрансСервисом». Но сейчас бухгалтер не подтверждает данную информацию. Она заявляет, что уже поясняла следователю – о договоре займа узнала после увольнения из СМИ, в период работы же ей ничего об этом не было известно. В должностные обязанности свидетеля не входило формирование платежных поручений и осуществление платежей по данному договору займа. Её обязанностью было формирование бюджета по форме, предоставленной материнской компанией – НПО «Мостовик». Для этого, в частности, главным бухгалтером предприятия Ольгой Ягубцевой ей был предоставлен график платежей – без каких-либо договоров и поясняющих документов. Свидетель просто включала в бюджет сумму, которую надо было оплачивать по графику, представлявшему из себя таблицу с прописанными суммами и датами. С какой даты начинался график, какие конкретно были суммы платежей – она не помнит. В ходе следствия следователь Марина Сенкевич показывала ей график платежей – и она подтверждала, что видела его ранее. И, видя график, могла уточнять даты и суммы. Сейчас же, не видя его и не помня наизусть, ничего конкретного по датам и суммам платежей сказать не может, тем более, что в заполнявшихся ею формах, отправлявшихся в «Мостовик» после подписи руководителем, фигурировало множество других проплат. Решения по очередности уплаты принимало руководство. Она предоставляла сведения своему непосредственному начальнику Ягубцевой, с кем именно та их обсуждала – свидетелю неизвестно, предполагает, что с Захаровой – ведь она была руководителем. Принимала ли финдиректор Людмила Норка участие в распределении сумм, свидетель точно не знает, но предполагает, что да, т.к. Норка тоже являлась руководителем.

Адвокат Жанны Захаровой Галина Вахрушева уточняет, что еще входило в должностные обязанности свидетеля в рассматриваемом периоде (2015 год). Та отвечает – начисление заработной платы сотрудникам, составление бюджетов по заявкам, которые предоставляли отделы, сдача статистики, в частности, по земельному налогу, что-то еще – всего свидетель не помнит. Её непосредственным руководителем, как уже было сказано, являлась Ягубцева, которая, в свою очередь, подчинялась Норке и Захаровой. Также бухгалтером была Людмила Харитонова, которая тоже подчинялась Ягубцевой. Именно Харитонова формировала платежные поручения и по распоряжению руководства отправляла их через онлайн-банк. Насколько помнит Дьячкова, при формировании бюджета была графа, в которой автоматически показывались отклонения от графика платежей. Данные сведения свидетель отправляла руководству регулярно, спрашивать же объяснения этих отклонений у руководителей, по мнению бухгалтера, было некорректно. Каким был период этих отклонений, длительность просрочки платежей по займу – свидетель не помнит.

Жанна Захарова просит Дьячкову рассказать, кто из специалистов мог отслеживать график платежей. Свидетель полагает, что либо Ягубцева, либо Харитонова.

Судья Денис Клостер интересуется, как часто отправлялась упомянутая отчетность в «Мостовик». Свидетель отвечает, что до 25 числа надо было отправить план бюджета на следующий месяц, а до 5 числа – факт по прошедшему. «Мостовиком» предоставлялась таблица, менять которую было нельзя – четко утвержденные статьи доходов и расходов. Если были какие-либо изменения, то по электронной почте информация по ним отправлялась в «Мостовик». Кому конкретно – свидетель уже не помнит. Насколько помнит свидетель, согласно приказу от «Мостовика», все его дочерние предприятия должны были предоставлять бюджет по такой форме.

Рассказывая о своей работе после «ЖКХ «Сервис», Дьячкова поясняет, что сначала устроилась в августе 2014-го заместителем главного бухгалтера в компанию «Сервис-Омск». Туда её пригласила Ягубцева, которая уже там работала главным бухгалтером, а директором была Захарова.

Отвечая на вопрос о знакомстве с Александром Шашкиным, Дьячкова называет его руководителем организации, которая обслуживала лифты домов. В период её работы в «ЖКХ «Сервис» бухгалтерское сопровождение фирмы Шашкина они не осуществляли, насколько ей известно, у него был свой бухгалтер.

Отвечая на дополнительные вопросы Вахрушевой, бухгалтер поясняет, что в «Мостовик» отправлялись и плановые, и фактические показатели бюджета, и если в НПО их вообще смотрели и анализировали, то видели просрочку по договору. При этом вопросов, почему идет отставание от графика, от представителей «Мостовика» не поступало, по крайней мере, к свидетелю.

Представитель «Мостовика» Михаил Романовский начинает почему-то выяснять, кто именно оформлял платежки и проводил платежи. (Дьячкова уже говорила – Харитонова). Адвокат Дахно Юрий Николаев обращает внимание, что свидетель на этот вопрос уже отвечала, судья Клостер это подтверждает. На следующий вопрос Романовского свидетель не успевает ответить – судья говорит, что и на этот вопрос уже был дан ответ: свидетель не присутствовала при принятии решения – кому и сколько платить.

Тут представитель «Мостовика» заявляет ходатайство об оглашении ранее данных свидетелем показаний, упирая на то, что на предварительном следствии свидетель говорила – Норка и Захарова давали рукописный список Харитоновой, на основании которого она и заполняла платежные поручения. Свидетель говорит «может быть» – по прошествии 2 лет она могла и забыть это. Николаев поправляет – в показаниях было «рукописный список либо по устному распоряжению» – так свидетель и сказала. В итоге судья, также не увидевший существенных противоречий, отклоняет ходатайство.

Тогда Романовский спрашивает, был ли у свидетеля в распоряжении текст договора или какая-то его часть. Свидетель повторяет, что был лишь график платежей в табличной форме,  а сам договор свидетель не видела. Позднее данный договор свидетелю показала следователь – она его пролистала.

Тогда Романовский заявляет новое ходатайство в этой части, говоря, что на предварительном следствии Дьячкова ссылалась на пункт 2 договора займа.

Свидетель отвечает, что если под этим пунктом подразумевалась таблица, то, значит, он был. Когда она давала показания, договор лежал у следователя на столе, и свидетель, видя его, вполне могла сослаться на какой-то пункт.

Николаев задает прямой вопрос: Вам следователь предъявляла договор?

Ответ свидетеля – Да.

В итоге Клостер отклоняет и это ходатайство, заявляя, что суть ответа ясна и что существенных противоречий он не видит. Больше вопросов к свидетелю не было.

Следующее заседание было намечено на 15 мая, но его в итоге пришлось перенести на следующий день по уже привычной причине – не явились заявленные свидетели. Судья Клостер предупредил гособвинителя Вакар, что он планирует на этом заседании закончить с допросом свидетелей обвинения – и вызывать их повторно разрешать больше не будет.